Книга Озверение, страница 77 – Александр Изотов

Один против троих зверей, да ещё с мечом в руках… Я не выстою.

— Зиккуратовец, сдохни! — один из зверей с криком шагнул вперёд, взмахнув рукой.

Я едва успел отдёрнуть голову — так быстро прилетело копьё. Оно молнией свистнуло через всю длинную залу и врубилось в широкий деревянный косяк за моей спиной. Мне по лопаткам ударило щепками и камнями, меня самого бросило на колени, а вскочивших было на радостях первушек ударной волной просто опрокинуло.

— Охренеть! — только и просипел я, понимая, какая же была сила удара.

Всё же у высших сил было чувство юмора. Но жаловаться на такую помощь свыше было бы грешно… Всего пара сантиметров в одну сторону, и мне бы просто снесло голову, пара сантиметров в другую — и копьё бы, легко пронзив доски, проскользнуло бы по ту сторону двери.

Я, вскочив, тут же ухватился за древко копья. Отличное, с широким наконечником, который по длине может поспорить с коротким мечом. Мышцы тут же отозвались налившейся силой, и помещение слегка вспыхнуло перед глазами — Дар Скорпионов всё ещё питал меня, несмотря на высокую ступень.

Рванув один раз, я поджал губы. Глубоко засело… Ну что же ты, Марк, как дилетант-то поступаешь? Знаешь же, что сначала надо закрутить пружину энергии в животе, в груди, повести её в руку, и…

В этот раз я вырвал копьё и, свистнув эффектным веером, перехватил его в боевой стойке. Три зверя как раз рванули вперёд, перескакивая через перевёрнутые кровати.

— А теперь потанцуем! — ощерился я и тоже прыгнул вперёд.

Все звери были второй ступени. Возможно, они превосходили меня по силе, но моё тело, натасканное мастерством сотен или даже тысяч Жёлтых и Зелёных Скорпионов, даже не думало об этом.

Я действовал, как машина для убийств… Все движения экономные и точные, в бою эффектность была не нужна. Длинный рывок вправо, чтобы противники оказались для меня на одной линии. По пути я поддеваю копьём кровать и, мгновенно добавив в удар силу стихии, метаю её в ближайшего зверя. Того самого, который подарил мне копьё — он бежит быстрее всех, подгоняемый злостью за своё оружие.

Злость — плохой советчик…

Тот отмахивается, принимая деревянный снаряд на щит, но моё копьё уже летит ему в грудь. Зверь даже не успевает понять, откуда оно взялось, потому что оно появилось одновременно с открывшимся обзором.

Копьё легко пробило кольчугу, но массивный зверь своим весом летит на меня. Я не стал бороться с его массой, прыгнул ещё дальше в сторону, не отпуская древко копья. Его стало выгибать, и в какой-то момент копьё чуть не вырвало у меня из рук… Но труп зверя всё же вывернулся, его рёбра высвободили наконечник, что даже усилило замах.

Копьё свистнуло по широкой дуге, наконечник рубанул по щиту следующего зверя. Сила удара оказалась достаточной, чтобы того отбросило на напарника.

Я крутанулся ещё раз, на мгновение прижав копьё, чтобы оно быстрее совершило оборот. И новый удар, только на уровень ниже — и широкое лезвие копья просто срубает ногу только-только вскочившему зверю. Напарник ему ещё помог, по-братски подтолкнув вперёд, чтобы тот сохранил равновесие.

Не сохранил…

— Тва-а-арь! — зверь падает, как подкошенный, но его крутит набок, словно от подножки. Щит вылетает из его рук, проносясь над моей головой.

И пока подрубленный враг падает, я делаю третий оборот, с широким шагов перёд. Только в этот раз не рублю копьём, а выстреливаю наконечником вперёд, ударяя как раз над головой падающего зверя. И распрямляю внутреннюю пружину, закрученную и подготовленную для «воздушного жала».