Книга Видок 1-5, страница 785 – Григорий Шаргородский

Если честно, чувствовал себя препаршиво, и все донимало ощущение тупизны окружающих. Так, словно пожарного, который бежит к горящему дому, постоянно тормозят все кому не лень с просьбами указать, который час, или же с требованием полить газон, коль уж пробегаешь мимо со шлангом. Хочется объяснить, насколько мелочны их претензии, но это потеря времени, так что сжимаем зубы и просто бежим дальше.

Возвращался я так же стремительно, только чудом не попав в ДТП. Особенно бесили пролетки с нервными лошадьми в оглоблях и не менее истеричными извозчиками.

Когда подъехал к воздушному порту, дорожные беспокойства сменились переживаниями иного рода. А что, если Греков сейчас упрется? Что, если даже авторитета инквизиции не хватит, чтобы перебить приказ закусившего удила наместника? Остается надеяться, что в Иркутской епархии есть хоть кто-то, кто сможет помочь монаху и шаманке, а то и вовсе сменить их на опасном посту.

Остановив грузовик метрах в двадцати от «Буревестника», я с решительностью обреченного направился к Грекову, который замер у входного люка приземлившегося дирижабля. Даже рта открыть не успел, как воздухоплаватель меня огорошил своим поведением.

— Господин коллежский асессор. — Авиатор встал по стойке смирно и даже козырнул. — Имею приказ поступить в ваше полное распоряжение сроком на неделю. За это время вы должны определить место дальнейшего базирования «Буревестника». После я с командой отбываю на новое место службы.

Да уж, напрасно я в своих мыслях поливал наместника грязью. Он все же оказался разумным и справедливым человеком. Даже стало жалко Грекова. Вон как его перекосило под маской бесстрастного служаки.

Не, все-таки маска треснула.

— Но попрошу поумерить свои хотелки. Я все же не извозчик, а капитан-лейтенант воздушного флота его императорского величества.

Все, проклюнувшееся сочувствие к авиатору тут же увяло.

— Готовьте судно к отлету, — сухо приказал я и отвернулся от капитана обратно к грузовику. Хотя мог и отчитать за хамство, раз уж его переподчинили мне.

Увидев матроса, собравшегося вернуть транспортное средство в гараж, я махнул ему рукой. Боец тут же выскочил из кабины и подбежал ближе.

— У вас есть тут что-то наподобие вестового?

— Так точно, ваше высокоблагородие!

— Пришли его ко мне.

Флотский с погонами матроса второй статьи появился, когда я уже дописывал на планшетке вторую телеграмму, в которой просил своего друга Бориса Хвата позаботиться о месте базирования моего дирижабля. Из подробностей указал только тип судна и его размеры. Боря — опытный инженер и уроженец Топинска. Сам разберется, как и где все устроить.

А в первом послании повторно предупреждал настоятеля Эбейтынского монастыря о нашем прибытии. Но это так, на всякий случай. Думаю, отцу Андриану хватило и сообщения из Якутска.

Наконец-то с формальностями было покончено, и «Буревестник» оторвался от бетонного покрытия иркутского воздушного порта. Чтобы там ни думал Греков, я прекрасно понимал все сложности ночного полета и знал, что для этого нужна квалификация высшей пробы. Но все равно брат Иннокентий и Намия рисковали намного больше. Да что уж там, если Злоба проснется в небе, падать будем все вместе.

От меня уже мало что зависело, но уснуть все равно не получалось. А когда за стенкой каюты послышались возгласы, то и вообще вскочил как ошпаренный. У соседей дела шли не очень хорошо. Девочка начала биться в припадке. Когда я вошел, то увидел, что монах опутал ее какими-то веригами, которых раньше на маленьком тельце не было. Намия уже не поглаживала лежащую на ее коленях голову девочки, а крепко вцепилась в нее скрюченными пальцами, и нежная песнь шаманки опять перешла в утробно-жутковатое рычание.