Книга Видок 1-5, страница 753 – Григорий Шаргородский

Старый казак все же не удержался от того, чтобы не перекреститься.

— Думаю, так оно и есть. Пожалуй, перед визитом в особняк губернатора нам стоит заглянуть в полицейскую управу.

— Как прикажете. — Засулич произнес это нехотя, ворчливым тоном.

Табель о рангах давала ему возможность не проявлять служебного рвения даже внешне. Оно и понятно — явившийся с запада юнец при серьезных бумагах тащит его хлопцев на, без сомнения, опасное дело. Вполне возможно, многие погибнут. Хотя старшина здесь как раз для того, чтобы погибали бойцы, а не мирные граждане, да и вообще, смерти бояться — в казаки не ходить.

Заметив, что к знакомому мне Сохатому присоединились еще два персонажа, я решил наведаться к этой троице. Обоим незнакомцам было хорошо за пятьдесят. Одеты они, как и почти все окружавшие меня сейчас люди, в казачью форму, но с теми же дополнениями, что и их молодой товарищ. Это явно характерники. Почему со мной к шаману послали Сохатого, тоже понятно — кто моложе, тот и бегает.

— Здравствуйте, господа характерники, — кивнул я седовласым мужам.

— Здравия желаю, ваше высокоблагородие, — ответил лишь обладатель вислых усов и шикарного шрама через все лицо.

— Кто из вас пойдет со мной? — уточнил я, хотя догадывался, каким будет ответ.

— Так все и пойдем, — опять за всех сказал вислоусый. — Дело-то, поди, темное, и парни могут не справиться без нашего пригляда.

— Есть чем прикрыть простых казачков?

Характерник прекрасно понял подоплеку вопроса.

— Так на каждом оберегов что монист на небедной бабе. Ну и мы, ежели что, тоже не в лебеде деланные.

Интересная словесная конструкция. Любопытство на мгновение пересилило мою озабоченность предстоящим делом:

— А где, если не секрет?

— Знамо где, — ухмыльнулся характерник, — в чертополохе.

Не знаю, какие резоны породили это странное поверье, но сам процесс наверняка крайне экстремальный.

Похоже, мои фантазии как-то отразились на лице, и характерники дружно загоготали. Но тут же вспомнили, с кем балагурят, и быстро успокоились.

Я не стал строить из себя держиморду и просто вернулся к сути вопроса:

— Проследите за тем, чтобы у казаков было чем прикрыть рот, дабы не надышаться лишним.

— Серебряную пыль пускать будете, ваше высокоблагородие? — проявил догадливость вислоусый. — Хорошее дело, хоть и дорогое. Так не извольте беспокоиться. Башлыки есть у каждого, вот концами морды и прикроют. Никакая пыль не пройдет.

— Хорошо, но предупредите всех, чтобы были готовы и к такому сюрпризу. А их у нас будет много.

— Сделаем, ваше высокоблагородие.

Теперь все три казака встали по стойке смирно.

Когда я отошел от этой странной компании, то увидел, что брат Иннокентий как раз окончил осмотр связанного, но уже затихшего зама полицмейстера.

— Он не одержимый, — тут же выкатил мне претензию инквизитор.

— А я этого и не говорил, — не стал я оправдываться. — Скорее это какая-то ментальная закладка. Ну, в смысле особый приказ, который этот бедолага не может нарушить. Но не беспокойтесь, с одержимым вы сможете пообщаться уже сегодня. Хорошо, если только с одним.

Так как события начали ускоряться, дальнейшие сборы заняли всего несколько минут. В этот раз я решил ехать в коляске, которую нам так любезно предоставили полицейские. На передок взгромоздился один из казаков, рядом со мной села Намия, а вот Чижа с парочкой бойцов я отправил в воздушный порт, чтобы он доставил записку для капитана Грекова. Были опасения, что аэронавт не станет слушать простого посыльного, какую бы бумагу тот ни приволок. А вот от Осипа, являвшего моим официальным помощником, отмахнуться будет намного сложнее. Планы, как это бывает в девяноста процентах случаев, полетели к лешему, так что придется импровизировать.