Книга Видок 1-5, страница 627 – Григорий Шаргородский

За дверью с новой силой разгорелась перебранка, которая закончилась настойчивым стуком. В этот раз стучали просто кулаком.

— Кто там? — почувствовав себя галчонком из советского мультика, повторил я вопрос.

— Поручик Якушев. Мы с вами говорили по телефону.

— Входите, — отреагировал я, сдвигая массивный засов.

К моему удивлению, в открывшийся проем протиснулся только поручик, хотя, судя по шуму снаружи, помощников у него более чем достаточно. Мне-то благодаря богатому опыту общения с жандармами казалось, что сейчас сюда ворвутся добры молодцы и начнут тыкать меня мордой в ковер.

Поручик, едва осмотревшись, тут же потерял боевой задор. Оно и понятно — прямо в прихожей валялся парень в косоворотке, с изрядной такой дырой в груди. На красной шелковой материи кровь была практически не видна, но дыра все равно впечатляла. На ступенях лестницы, ведущей на второй этаж, валялось тело еще одного пособника колдуна. У этого вообще была оторвана голова — фирменный стиль дракуловских ребят.

После вечерней встряски меня давила какая-то апатия, так что эти кровавые инсталляции уже не впечатляли, а вот довольно молодого поручика явно пробрало до печенок.

— Чт-что здесь произошло? — чуть запнувшись, спросил он.

— Много чего, и я не уверен, что подробности пойдут вам на пользу.

В ответ жандарм лишь шумно сглотнул и согласно кивнул.

— Вы один? — озвучил я мучивший меня вопрос.

— Да, остальные оцепили здание до дальнейших распоряжений.

— Вам ответил кто-то из императорских охранителей?

— Пока нет, но в управлении имеется циркуляр на подобный случай. В нем же мне предписывается удостовериться в том, что возможный член царской семьи в безопасности. Ежели, конечно, таковой здесь имеется.

— Увы, имеется, но опять же я не уверен, что вам стоит видеть то, что может в дальнейшем принести одни проблемы.

— Увы, долг обязывает, — упрямо мотнул головой жандарм.

Ну вот бывают же и среди этой братии адекватные люди. Жаль, что мне постоянно приходится подставлять их под неприятности. Савушкину в Топинске досталось из-за меня, теперь этот бедолага…

— Извольте, — вздохнув, жестом радушного хозяина пригласил я гостя пройти дальше.

Через еще один труп на лестнице в подвал поручик переступил, все еще сохраняя бодрость духа, но тошнотворный запах и вид обгоревшей головы колдуна все-таки добил его. Беднягу вырвало. Я деликатно отвернулся.

Затем мы подошли к запертой двери. Взгляд внутрь через окошко показал, что принц все еще без сознания, и это очень хорошо.

Войдя в камеру, поручик подсветил себе магическим фонарем, а затем медленно повернулся ко мне. Размеру его глаз мог позавидовать любой лемур.

Он явно надеялся увидеть здесь, скажем, двоюродного племянника императора или еще какого-то дальнего родственника, но уж точно не второго по счету сыночка.

— Это…

— Он, — коротко ответил я.

— Может, стоит разбудить? — робко высказал поручик не самую мудрую мысль.

— Если разбудить, то вам придется выполнять его приказы, а после отвечать за собственные действия перед начальством. Вы ведь понимаете, что сослаться при дальнейших разбирательствах на устные указания будет трудновато? А так все очень благопристойно — его высочество почивают, если проснутся, то крики и возмущения услышу только я и отвечать тоже мне. А вы, убедившись в благополучии члена императорской семьи, принялись ждать появления здесь кого-то из императорской охраны. По мне — это очень разумный и безопасный вариант действий.