Книга Видок 1-5, страница 602 – Григорий Шаргородский

Девушка сначала покраснела, а затем побледнела, отчего я победно взглянул на Дашу — мол, у меня тоже так получается.

Казалось, что начинающая манипуляторша и кинозвезда сейчас грохнется в обморок.

Интересно, чего ей такого успели наговорить о бесноватом Ловце?

— Подойдите, — сделала княжна величественный жест.

Адель на цыпочках, как бандерлог к удаву, подбежала ближе.

— Мадемуазель, хочу выразить восхищение вашим актерским даром. Надеюсь, вы и дальше будет радовать нас своим талантом.

— А еще умом и благоразумием, — вставил и я свои пять копеек, вызвав у княжны легкое удивление.

А вот Адель от моих слов позеленела и проблеяла что-то совсем уж невнятное.

Ого, такого цвета в реакциях на мою персону я еще не видел. Достижение, однако!

— Ладно, господа, не будем мешать творческому процессу, — милостиво изрекла великая княжна и первая двинулась к выходу.

Мы с Давой как верные пажи пристроились в кильватере.

Как только вышли из ангара, Даша вцепилась коготками мне в сгиб услужливо подставленной руки:

— Ты что с ней творил такое, что бедная девочка от одного твоего вида чуть в обморок не рухнула?

— Бедная девочка? — искренне удивился я. — Кажется, вы, ваше высочество, намедни изволили характеризовать мадемуазель Адель совсем другими словами.

— Ты не ответил на вопрос, — зашипела Даша, глубже вгоняя свои коготки мне в руку.

Боюсь даже представить, что случилось бы с моей конечностью, позволь блокирующее ожерелье провести моей подруге хотя бы частичную трансформацию.

— Ваше высочество, вы испортите мне дорогой костюм.

— Ничего, подарю новый, — парировала княжна, мило улыбаясь кланявшимся ей работникам компании. — Не слышу ответа.

— Да ничего не делал. Сказал пару ласковых и подержал чуток за горло.

— А может, и не только за горло, она ведь была совершенно голой, — непонятно на кой черт ляпнул Дава.

— Как интересно, — проворковала княжна.

— Хватит меня дергать. Не про мою честь она там раздевалась, — с показной обидой проворчал я и добавил лично для своего еврейского друга: — Господин Бронштейн, если вам кто-то сказал, что вы бессмертны, то вас бессовестно обманули.

Видно, в моем голосе было что-то эдакое, потому что мой друг поперхнулся и закашлялся. Даша от этого заливисто рассмеялась. Ну а у меня на душе стало хорошо и легко. Вот так пикируясь и подначивая друг друга, мы загрузились в паромобиль и отправились обратно во дворец. Даша поначалу хотела заехать в свое любимое кафе, но решила, что мы и так скомпрометировали себя дальше некуда. Зато в графском дворце можно было никого не стесняться.

На шум начинающегося в малой столовой застолья тут же явился Леонард Силыч, который в последнее время прятался от Даши где-то на кухне.

Опять раскормили боевого кота до безобразного состояния. Ну ничего, вот вернется в Топинск — и местные хвостатые красавицы быстро сгонят с него лишний жирок. И Даве провинциальные дамы тоже пойдут лишь на пользу, потому что и нравы, и жизнь у нас там намного проще. А оттого и на нездоровые сексуально-медикаментозные извращения тянет значительно реже.

Ближе к вечеру прибыл приглашенный княжной Серж. В кои-то веки бывший антрепренер, а ныне кинорежиссер, оделся в приличный, строгий костюм и даже старался сдерживать свою извечную манерность. Такое поведение нашло отклик даже у княжны, а мы с Давой и без того нормально относились к этому человеку. В общем, лишним в нашей компании Серж не стал.