Книга Видок 1-5, страница 434 – Григорий Шаргородский

Здание, к которому мы подъехали, было построено в стиле, который Даша называла «барокко». Если, конечно, я ничего не путаю. Тяжеловесная лепнина и какой-то нежилой вид. Тут бы музей организовать, а не отделение жандармского корпуса.

Внутри было столь же пафосно, но слишком уж бедно для заявленных на фасаде амбиций. И вообще царила местечковая атмосфера. Я опять с тоской вспомнил любимый Топинск. Да, там тоже провинция, но вкус у наших все-таки есть.

«Торжественная» делегация полным составом отвела меня в кабинет ротмистра Зверева — главы жандармского отделения, что тоже многое говорило об отношении центральной власти к этой губернии.

Опять странный диссонанс заявляемого в газетах сепаратизма и расслабленной реальности. Теперь пойми — либо борцы за национальную свободу очень уж замаскировались, либо власти в очередной раз просто нашли козла отпущения.

А вот сам ротмистр оправдал все мои ожидания. Даже громкая фамилия не помогла человеку в борьбе с чревоугодием. Я понимаю, что над тучными людьми подшучивать некрасиво. Мало ли какие причины могут быть у появления лишнего веса, но, если на мундире имеются жирные пятна от недавнего обеда, а глазки главного жандарма губернской столицы пребывают в перманентно сонном осоловении, тут уж никаких скидок делать не хочется.

— Здравия желаю, ваше высокоблагородие, — вполне искренне пожелал я толстяку, потому что оно, это самое здоровье, ему точно понадобится. — Позвольте представиться, титулярный советник Силаев Игнат Дормидонтович. Прибыл в ваше распоряжение для поисков зловредных упырей.

Моя шутка в официальном докладе ротмистру явно не понравилась, но не с его пятнами на мундире кривить лицо.

— Мне сообщили о вас, — надменно ответил ротмистр. — Но я по-прежнему не понимаю причин всей этой кутерьмы. В телеграмме из главного управления было что-то о ведьмаках и даже характерниках, кои должны завтра прибыть вам в помощь. И все это из-за двух трупов каких-то голодранцев?

— Но ведь это же вы сообщили о противоестественной природе кончины сих покойников? — искренне удивился я.

— Все вопросы к Мунтяну, это он нашел подозрительные трупы и подал запрос в седьмое отделение.

Я, все еще не снимая с лица удивленной мины, повернулся к коллеге. В ответ местный сыщик успокоительно кивнул, явно намекая, что все ответы даст чуть позже.

Было, конечно, желание узнать, почему главный губернский жандарм не сам полюбопытствовал, чем же эдаким противоестественным отличались данные трупы от всех остальных, но я промолчал из-за нежелания попусту сотрясать воздух.

Ротмистр еще что-то проворчал и милостиво позволил нам удалиться, наверняка уже пребывая в грезах о предстоящем ужине.

Дурдом какой-то, одно хорошо — меня перевели в зону ответственности наиболее адекватного человека в этой странной компании. Но даже он своим поведением начал вызывать у меня определенные сомнения:

— Давайте для начала сходим к моей квартирной хозяйке и перекусим, — едва мы вышли из кабинета ротмистра, заявил следователь. — Кстати, там же можно снять комнату на пару дней вашего пребывания в городе и оставить вещи.

Говорил мой коллега по-русски с сильным молдавским акцентом, но при этом правильно произносил слова и строил фразы. Разве что иногда путал ударения. Но это вполне нормально.