Книга Сладкая девочка из Королевства Эл 3, страница 42 – Анна Чернышева

Со вздохом выпила воды и пошла на свою солому. Думала, что долго не смогу уснуть, но моментально провалилась в сон без видений.

* * *

Наутро снова поднялась с первыми петухами. Наскоро умылась, переплела косу и вымыла руки. Отперла пекарню, проверила тесто. Вымесила, сформовала в привычные формы и присела. Всё сияло чистотой, и заняться пока было нечем — с вечера сделала часть дел.

Вспомнила про скисшее молоко и побежала доставать его из ледника — небольшого погреба за пекарней. Перелила в чугунок и поставила на плиту сверху печи. Пока возилась, пришла пора ставить хлеб в под.

Управилась, потом слила сыворотку с творога и решила, что вместо привычных булочек сделаю ватрушки. Ну хуже же тоже не будет, верно?

Перемешала творог со сметаной, найденной в леднике, и добавила туда мёду из горшочка. Хотелось танцевать и напевать — так здорово было на душе. Настоящая магия — это не пускать лиловые огоньки, а превращать муку и воду во вкусности и кормить людей! Правильно мне кто-то сказал: если хочешь печь — просто пеки. И всё. Вот он, секрет счастья!

Когда первые булки и лепёшки были готовы, я быстро сформировала ватрушки — открытые булочки с творогом. Сложила их в противень и сунула в печь, а сама задумалась. Посетителей было немного, и настало затишье. Марилла пока не возвращалась, и я чувствовала себя свободней.

Вышла подышать свежим воздухом — нарвала букетик полевых цветочков. Поставила в вазочку возле витрины с хлебом и залюбовалась. А ватрушки всё никак не спешили подрумяниваться.

Тогда я вскочила и из творожной сыворотки навела блинное тесто. Отыскала сковороду, масло и глиняное блюдо, а затем споро напекла блинчиков. Отвлекалась на то, чтобы вытащить булочки и лепёшки из печи, достала ватрушки. Продала дюжину караваев. Допекла блины. Устала.

Но внутри было тепло и хорошо — я занималась нужным делом! Отдохнула, перекусила ватрушкой, выложила их красивой пирамидкой на плоской тарелке.

Отдохнуть получилось совсем чуть-чуть — после обеда опять пошли покупатели, а потом я уже делала вечерний замес. Сегодня удалось распродать всё — даже ватрушки и блинчики. Уже после закрытия пришла усталая Марилла. Осмотрела всё и поблагодарила.

— Хорошо, что тебя взяла. Будто сам Бог послал! — поделилась одна. — Агнес совсем плохая, боюсь, что к утру отмучается. Младенчика жалко.

Лицо её было опухшим и красным, а плечи ссутулились. Она вытирала рукавом слёзы и попросила и завтра поработать без неё.

— Можно взглянуть на вашу дочку? — попросила я. — У неё роды прошли не так?

— Да что ты! Её конь копытом зашиб! Оттого и роды раньше времени начались! Рано ей ещё было!

— А что врач говорит? — мне было искренне жаль девушку.

— Какой врач? Ни одного нет до самого Эльмариона! Только акушерка — старая Мойра, которая уже дальше своего носа не видит, — по полному лицу Мариллы текли слёзы, но я уже помыла руки и закрыла пекарню.

— Ведите! Может, я что смогу придумать. Вдруг получится помочь!

Хозяйка привела меня в низенький деревянный дом с маленькими оконцами. В задней комнате столпились дети — их было не меньше пяти. В воздухе пахло кровью и рвотой. Где-то в углу попискивал младенец.

— Велите всем выйти и откройте окна, Агнес нужен воздух! — скомандовала я и поняла, что много раз видела это в фильмах. Марилла быстро разогнала домочадцев и стала напряжённо наблюдать за мной.