Книга Сладкая девочка из Королевства Эл 3, страница 37 – Анна Чернышева

Через пять минут удалось понять принцип: нельзя тянуть сосцы вниз, надо зажимать у основания и пальцами проталкивать молоко к ведру. Стало получаться. Через время поняла, что козе стало легче — вымя стало мягким, а сама коза будто бы расслабилась. Я посчитала, что для первого раза достаточно, и скомандовала Лиловому огню: «Хватит!»

Тут же на меня будто упала бетонная плита. Придавила тяжестью, грудь сдавило и я еле-еле сделала слабые вдохи. Протянула руки к кружке с кленовым соком и сделала хороший глоток. Покатала на языке его терпкую сладость и почувствовала, как откат начал слабеть. Выпила всю кружку и почувствовала, что могу встать и отнести ведёрко в дом. Подойдя ближе, в окне увидела потрясённого Армана. Он смотрел в окно и глаза его были круглыми, как блюдца, и занимали половину лица.

— Зачем вы встали? — пожурила я его, решив не обращать внимания на странную реакцию.

— Не могу лежать. Дела надо делать, — просипел он. Голос так и не вернулся, но он уже говорил свободнее. А мне снова пришла в голову мысль, и я раскрыла ладонь и скомандовала огоньку: «Вылечи голос Арману!»

Огонёк послушно заскакал по телу старика, а тот испуганно застыл. Я тут же почувствовала тяжесть, но через минут десять пламя погасло, а Арман произнёс:

— Кхм-хм. Спасибо! Горло больше не болит!

У него был совершенно нормальный голос!

Я улыбнулась, но потом еле добрела до скамьи и опустилась на него. Как легла — не помню. Вырубило моментально.

* * *

Мерный плеск вёсел успокаивал, но внутри меня лихорадило. Три дня спустя мы плыли с Арманом на праздник начала лета. Я была собрана в дорогу, но хозяин этого не знал. Он очень обрадовался новой помощнице и просил меня остаться у него жить. Но у меня было дурное предчувствие — ворон показал мне картинку, как по лесу Форса рыскает конный отряд. И чутьё говорило, что совсем скоро они пустятся по моему следу.

На мне было грубое платье из материала, напоминающего лён. В сундуке у старика оказалась добротная крестьянская одежда его покойной жены. Я нацепила белый хлопковый чепец и снова спрятала свои волосы от лишних глаз. Кожаный пояс с сумкой, на который удалось прицепить ещё и ножны, стал подарком от лесника. Нижняя сорочка была моя собственная — и она не позволяла грубой ткани натирать нежную кожу.

В сумочке у меня лежал кленовый сахар. Я успела подготовиться и насушила его в дорогу, чтобы иметь возможность применять магию. Также я везла с собой круглый каравай хлеба — моя закваска созрела и дала отличную опару, чуть кисловатую на вкус. Я напекла хлеба и научила Армана это делать — оказалось, он совсем не умел работать с тестом.

Не передать того наслаждения, которое я испытала, погрузив руки в тёплую пузырящуюся массу теста! Я его мяла и месила, а разум в это время отдыхал. А потом сформовала в глиняной форме и отправила в печь.

В целом, я не рассчитывала на долгую дорогу. Моей целью было найти себе пристанище и, возможно, разовую подработку. А ещё послушать, что болтает народ на празднике. Нужно было двигаться дальше и искать ту самую дверь между мирами — потому что самым большим желанием было вернуться домой.

Лодка мягко толкнулась о песчаный берег и первым из неё выскочил лис. Его шерсть стояла дыбом, а сам он напоминал взъерошенного бешеного енота. Ворон посмеивался над ним и дразнил мыслеречью, но я их не слушала. Когда мы поднялись по тропинке от берега к селению, то я сразу насторожилась. Толпа народа всегда меня пугала, и я не очень любила шумные сборища и гулянки.