Книга Баллада о павших драконах, страница 296 – Сара А. Паркер

— Замолчи.

Я выкрикиваю это. Ору во весь голос.

Слышу, как крик рикошетит от далёких стен.

Аркин наклоняется ниже, сжимает мой подбородок так сильно, что я чувствую, как наливается будущий синяк, и разворачивает меня к себе — его ответ звучит гладким шёпотом, брошенным мне в лицо:

— Нет.

Вопреки здравому смыслу, я удерживаю его беспощадный взгляд, словно наши мечи скрестились.

Он цыкает и отпускает.

Я судорожно вздыхаю, грудь ходит ходуном, когда он снова переключает внимание на дневник, пролистывает несколько страниц вперёд, а затем всаживает кончик своего изуродованного пальца в строчку текста.

— А-а-а, да, а потом она встречает его, — изрыгает он яд и цитирует прямо с пергамента: — «Каан Вейгор — старший сын Короля, только недавно вернувшийся с Болтанических равнин, чтобы присмотреть за Доммом, пока его Пах помогает Тироту укрепить позиции в Аритии». — Аркин поднимает голову, устремив всё внимание на Каана, который дёргается против своих цепей с новой силой, пока кровь капает оттуда, где они местами протёрли кожу до мяса. — Тут она ошибается. Ты не старший сын.

Каан замирает.

Аркин напевает под нос, смотрит вниз и отмахивается от страницы.

— Знаешь, если бы Пах не отрёкся от меня и не приказал своему дракону гнать меня через равнины за то, что я стал таким разочарованием, Эллюин влюбилась бы в меня. Не в тебя.

Каан дёргается настолько сильно, что его тяжёлое каменное кресло с содроганием скребёт по полу, а мерцающие цепи, кажется, сжимаются ещё сильнее. Не то чтобы Аркин хотя бы поднял взгляд — его внимание целиком поглощено страницей, на которой он только что остановился.

— А-а-а, да. Вот здесь ты подарил ей безделушку в знак своей любви. А потом она переспала с тобой, — он цокает языком трижды, качая головой. — Позорно, учитывая, что она была обещана нашему брату.

Слова звенят в моих ушах.

С тихим насилием детали начинают вставать на свои места. Собираясь во что-то слишком болезненное, чтобы на это смотреть.

Слишком разрушительное.

— Подумать только, он связал себя с ней, думая, что она нетронута.

Я вдрагиваю, выныривая из затонувших воспоминаний о самце, двигающемся внутри меня. Не о Каане.

О ком-то другом.

Где-то, где холодно. Знакомо. Величественно украшено, небо за окном тяжело от светившихся лун —

Звук вырывается из моего горла.

— Я знаю, — растягивает слова Аркин, качая головой. — Вот тебе и семейные ценности. — Он снова перелистывает страницу. — Веришь или нет, становится ещё интереснее. Здесь наш дорогой Пах прознал про ваш роман. — Его взгляд вонзается в Каана, который теперь бледнее пергамента, пока он смотрит в тень капюшона своего брата.

Это всё подтверждение, которое мне нужно, чтобы понять: для него это новость. Он не знал.

Аркин пожимает плечами, снова глядя вниз.

— Похоже, вы были недостаточно осторожны, брат.

Каан сидит, словно застывшая статуя, с преследующим его ужасом в глазах, которые не смеют встретиться с моими.

Никогда я так сильно не хотела, чтобы его взгляд был устремлён на меня. Не хотела рвануть вперёд, обвить его руками и сжать изо всех сил. Сказать ему, что мы в этом вместе. Что мы справимся с этим вместе. Потому что мы обязаны.

Потому что—

Что-то крошечное, мягкое и мокрое уютно прижато к моей груди, шевелится, уткнувшись носом в мою грудь.