Книга Баллада о павших драконах, страница 137 – Сара А. Паркер

Я поднимаю подбородок, глядя на ее дракона, пирующего в отдалении. — Да, Лунный свет?

Наступает тишина, которая кажется слишком хрупкой.

Я поворачиваюсь и вижу, что она развернулась, теперь стоит лицом ко мне, спиной к скале, руки кажутся тяжелыми по бокам, подбородок опущен. Поза покорности.

Уязвимость.

Я жажду увидеть ее глаза, но они скрыты темнотой ресниц, пока она смотрит вниз на рябь поверхности источника, губы подрагивают.

— Рейв…

— Я поняла.

Слова звучат как удар когтя.

— Ты…

— То, что ты пытался сказать мне тогда в деревне. Это… — пауза, глоток, она хрустит шеей, затем говорит сквозь сжатые губы. — Это… больно.

Никогда еще два слова не звучали так неловко. Словно она пыталась сначала придать им форму ударом, но они все равно выползли извиваясь. И никогда еще два слова не облегчали меня от такой тяжести, дыхание стало легче, свободнее, чем прежде.

Надежда…

Ради нее я с такой легкостью становлюсь дураком.

— Мне жаль, Лунный свет, — я тянусь назад, чтобы положить тунику на край. — Я подозревал, что эта часть процесса может быть… трудной для тебя в этот раз. Ты через многое прошла с тех пор, как приручила Слатру.

Она вздрагивает, будто я ударил ее, снова хрустит шеей, руки сжимаются в кулаки. Словно одно только упоминание ее павшего Мунплюма заставляет ее готовиться к битве, что заставляет меня гадать, не пролило ли связывание с Лири свет на рану, оставшуюся после смерти Слатеры. Не это ли причина, по которой она так мучается.

Голодное, изолирующее горе.

Сильнейший противник, с которым я когда-либо сталкивался.

— Рейв… Связь еще не улеглась, верно?

Легкое покачивание головой наполняет меня облегчением. Ударяет в сердце еще одним проблеском надежды.

Я киваю, уверенный, что скоро она окрепнет. Я знаю об одном самце, которому потребовалось семь циклов, чтобы привыкнуть к связи с особенно буйным Саберсайтом — случай неслыханный, — а она здесь уже почти пять.

— Если ты полностью откажешься от нежной стороны своей натуры, она исчезнет. Ее уже не вернуть…

— Она была потеряна, — цедит она сквозь стиснутые зубы. — Она просто выплюнула ее обратно мне, как расшатанный зуб.

— Кто? Лири?

Рейв качает головой, и мое сердце пропускает удар.

Я возвращаюсь мыслями к моменту, когда прижал ее к себе в Ботайме, Райган растягивал мою кожу, пока мы смотрели в зрачки, которые напоминали мне небо в Аритии. Когда я почти уверился, что чувствую присутствие чего-то… иного, глядящего на меня в ответ.

Мне почти страшно задать вопрос, давящий на грудь.

— Что ты имеешь в виду?

Она оглядывает меня из-под тяжелых ресниц. Хотя вокруг ее зрачков все еще очень мало цвета, я испытываю облегчение, видя, что кольцо стало толще. — Неважно.

Я позволю себе не согласиться. Но если я чему-то и научился с тех пор, как впервые увидел ее после всех этих фаз, проведенных в уверенности, что она исчезла из этого мира, так это тому, что лучше выбирать свои битвы. Или быть заколотым до полусмерти ее словами.

— Горе идет рука об руку с любовью, — говорю я всем сердцем. — Я знаю, заманчиво вырезать боль, но эта рвущая ребра боль — доказательство того, что сначала было нечто хорошее. Нечто, что стоит помнить.

— Я пришла сюда не за лекцией.

— Я знаю, зачем ты пришла, Лунный свет. Это я расставил приманку.