Книга Кондитер-попаданка. Жена, от которой отказался дракон, страница 19 – Лилия Тимолаева

До конца оставалось больше часа.

Ничего еще не доказано.

Может быть, он тоже пришел к такому решению самостоятельно.

Может быть, потом исправит.

Исправил.

Через семь минут Одел снял часть смеси, охладил ее и добавил свежую порцию семян уже после.

Точно так же поступила прежняя Мавена в следующей версии.

Я вспомнила строку из архивного описания:

«После нескольких испытаний принято решение изменить порядок соединения фруктовой основы и семенной смеси для устранения излишней горечи».

Он не просто знал конечный результат.

Он воспроизводил путь.

Тот самый путь, который был записан в тетради.

Я продолжала работать, но теперь наблюдала за ним краем глаза.

Одел сделал теплую часть десерта безупречно.

Холодная получилась немного тяжеловатой.

Моя холодная часть была лучше, зато теплую я передержала примерно на минуту и потеряла часть свежего аромата груши.

Результат получился близким.

Комиссия пробовала долго.

Один из судей вернулся к тарелке Одела дважды.

Потом задал вопрос:

— Господин Марвен, почему вы вначале соединили семенную смесь с горячей фруктовой основой, а затем изменили способ?

Я перестала складывать инструменты.

Одел ответил спокойно:

— Хотел проверить, не даст ли более высокая температура насыщенный ореховый оттенок.

— И?

— Получилась лишняя терпкость.

— Поэтому вы разделили процессы?

— Да.

Судья сделал пометку.

Я смотрела на Одела.

Он произнес почти то же объяснение, которое можно было восстановить из записей прежней Мавены.

Слишком близко.

Председатель перешел к моей работе.

— Госпожа Вальд, вы изначально разделили ингредиенты. Почему?

— Потому что уже знала, что горячая грушевая основа вытягивает из семян неприятную горечь.

Одел повернул голову.

Я посмотрела прямо на него.

— Откуда знали? — спросил судья.

Вот тут нельзя было ошибиться.

Если я скажу о тетради сейчас, Одел поймет, что у меня есть.

Если промолчу, потеряю возможность зафиксировать важный момент перед комиссией.

— Из предыдущих опытов.

— Ваших?

Я сделала небольшую паузу.

— Тех, что проводились при разработке этой коллекции.

Председатель поднял взгляд от листа.

Одел оставался совершенно спокоен.

Но теперь он смотрел только на меня.

Комиссия закончила оценку через пятнадцать минут.

Третий Стол достался мне тремя голосами против двух.

Счет стал два к одному.

На этот раз я почти не услышала реакцию зрителей.

Все мысли были о семенах.

После объявления Одел подошел первым.

— Хорошая работа.

— Ваша тоже.

— Судьи сегодня оценили риск.

— Возможно.

Он помолчал.

— Вы быстро вспоминаете.

Не «учитесь».

Не «разбираетесь».

Вспоминаете.

Я почувствовала, как внутри все собирается в одну точку.

— Что именно?

— Технологию.

— Я занималась этой коллекцией.

— Конечно.

Он улыбнулся вежливо.

— Именно это мы и выясняем.

— Тогда зачем спрашивать?

— Любопытство.

Одел ушел.

Брина подошла сразу после него.

— Вы видели?

— Да.

— Он сделал точно так же.

— Знаю.

— Это было в старых записях.

— Знаю.

Она снизила голос:

— Но в заявке, которую вы собирались подавать сначала, этого уже не было.

Я повернулась к ней.

— Что?

— Вы исправили третью работу раньше остальных. Горечь убрали окончательно. В финальном варианте семена вообще не соприкасались с горячей основой.

Вот теперь стало действительно интересно.

— Вы уверены?