Онлайн книга «Возлюбленный враг ("Тени Алых парусов")»
|
Сейчас он был Бледнолицый Враг, но при том сохранял железную выдержку настоящего индейского вождя, под конец игры мы его с Францем немножко зауважали и пообещали принять в свое племя, тогда Отто сказал, что он родился «бледнолицым», таким и умрет. Мне не понравился тон его голоса и странный взгляд, брошенный именно в мою сторону, когда он провозгласил свой манифест. Но это была всего лишь театральная сценка… кажется. Франц в полном восторге прыгал по кровати, улюлюкал и выкрикивал индейские лозунги, вроде «руки прочь от наших мустангов и прерий», я бы ему посоветовала еще «янки, гоу хоум», но постеснялась Грау. Я и так сегодня несколько распоясалась, вела себя совершенно по-детски, наверно, сказывалось напряжение предыдущего вечера, хотелось повеселиться от души накануне казни. Вместе со своим маленьким другом я громко смеялась, примеряла головные уборы из бумажных перьев, тоже прыгала вокруг кровати с победным кличем. Франц бы с удовольствием составил мне компанию, если бы мог бегать сам. Надеюсь, я это еще увижу, доктор Рильке нас обнадежил. Но мне хотелось растормошить Отто, ведь он опять злился, а мы неплохо пообщались прошлой ночью, к тому же, у меня на него серьезные планы. Отто должен мне помочь, больше-то некому... Вот притащила же нелегкая Штольца с цветами! В городе куча всяких интересных девиц, которые не против погулять с богатенькими немецкими офицерами, нет же - надо заявиться к «русской княжне» в особняк к генералу. Неужели Грау ревнует? И что означает Wildfleisch? Ссора? Ну, в принципе, подходит… Ведь, не драка же, правда? Надо как-то развязать Грау язык, иначе у меня ничего не выйдет с Барановским, самой мне его адрес не найти, я не рискну выйти в город одна, а просить документы у Вальтера, заходить в его кабинет с бордовыми шторами… бр-р… Уж лучше еще одна ночь с Бледнолицым на чердаке, в смысле, еще одна ночь полупьяных разговоров и откровений. Отто даже в том состоянии походил на разумного человека, я почти сочувствовала ему, а ведь надо бы жалеть себя, я попала хуже некуда… хотя, вру… хуже бывает… гораздо хуже, если вспомнить книги Ремарка и кадры кинохроники. А еще "Иди и смотри" по сценарию Алеся Адамовича. И его "Карателей" я тоже читала. И "Последние свидетели" Светланы Алексиевич. — Грау, хочешь я тебе спою? Что-нибудь из современного, а то ты выглядишь нереально грустным… Грау, а ты умеешь танцевать? Может, какой-нибудь вальс, а? Штраус... кстати, ты любишь Штрауса? Мне больше Моцарт по душе, но сомневаюсь, что у него были вальсы. — Ты же хотела спеть современное… для тебя современное - вот и спой. Ох, ты! Неужели герр Грау до меня все-таки снизошел. Что бы ему такое исполнить, как на грех, в голове крутится только песня Евы Польны, не буду я же я ему петь такое, а хотя… мне даже будет смешно. Нет, правда, а как он отреагирует? Я лукаво смотрела на Отто и с веселым видом начала свою серенаду: Не понимаю, зачем взорван привычный круг Ты у моих колен, мой самый верный друг. Мне бы на пламя ладонь, мне бы щекой на лёд. Жизни в лицо смеюсь, мне не знаком испуг Ну, почему боюсь ласковых твоих рук Может, открыть огонь, может само пройдёт. И мне надо бежать от тебя Пока мы не убили друг друга... — Песня хорошая! - кивнул Грау. - Иногда, мне, и правда, хочется тебя убить… русская... |