Книга Прости, Мария, страница 78 – Аманта Сантос

Через пять дней после похорон граф де Аренсо должен был возвращаться в Париж. Два раза за это время он заходил к Изабелле, два раза он видел пораженную горем Марию. Траур, казалось, даже детей лишил смеха. И вот теперь граф шел попрощаться, последний раз взглянуть на любимое лицо. Может быть, ему не стоило этого делать. Но Мария казалась ему сейчас такой слабой, хрупкой в своих черных вдовьих одеждах, что у него от жалости к ней сжималось сердце. Ладно, еще один, последний раз он увидит ее. Поднимаясь в гостиную, он услышал голос адвоката Рафаэля Идальго.

— Мария, я не буду говорить о своих чувствах, ты и так знаешь о них, но подумай хотя бы о том, что девочке нужен отец...

И полный невыразимой муки голос Марии:

— Прошу тебя, оставь меня, Рафаэль.

— Я разделяю твое горе, но горем мертвого не воскресить...

В этот момент граф сзади твердо взял синьора Идальго за плечи.

— Прости, Мария, но мы покинем тебя. — Он почти выволок Рафаэля на лестницу, потом развернул, отстранил, и с размаху влепил ему пощечину. Рафаэль Идальго пошатнулся, отступил назад и, не удержавшись на ступеньках, буквально скатился вниз по лестнице... Граф медленно спускался следом. Синьор Идальго, кряхтя от боли, поднялся и в бешенстве прокричал, тряся кулаком:

— Не надейся, что удалив меня, ты получил на нее какое-то право, этого не будет... — И он выскочил, прихрамывая, и с силой хлопнул дверью. Граф задумчиво и грустно смотрел ему вслед.

— А я и не надеюсь, — тихо ответил он скорее сам себе, чем адвокату.

Он так и не зашел попрощаться и вылетел в Париж первым рейсом.

На следующий день Мария долго стояла, что-то беззвучно шепча, перед фотографией Виктора. Вдруг она куда-то заторопилась, тщательно оделась, причесалась и незаметно выскользнула из дома.

Какой солнечный, упоительный день! Солнце щедро целовало зеленую землю, могучие деревья нежно перешептывались листьями. Но Мария сейчас не замечала этой чувственной красоты пышного лета. Она медленно брела по кладбищу, прижимая к груди букет белых цветов. Она шла к своему мужу. Виктору.

Она положила цветы на каменную плиту, присела на маленькую скамеечку.

— Ну вот, Виктор. Я пришла. Прости, вчера меня не было. Я виновата перед тобой, Лули... — Мария тихо заплакала. — Виктор, Виктор, как же мне не хватает сейчас тебя! Ну, ничего. Скоро мы все будем вместе. Скоро...

Вытерев слезы, Мария достала из сумочки маленький пакетик, высыпала на плиту зерно и хлебные крошки.

— Видишь, дорогой мой, я всегда приношу корм птицам, а они почему-то не прилетают... Никогда не прилетают... Слышишь ли ты меня, Виктор? Умирает наша девочка... Ты ушел от меня, но дочка твоя осталась, а теперь ты забираешь и ее. Виктор, но ты же знаешь, я все равно не смогу жить без вас. Да и зачем? Молюсь за доктора Райтнеса, какой чуткий, замечательный человек. Если бы не он...

Мария не успела договорить. Вдруг дунул ветер и хлебные крошки обсыпали ей лицо и руки. Букет белых цветов шевельнулся как живой, и нежный бутон покатился ей под ноги.

— Что, что это? — Мария испуганно вскочила на ноги. Но вокруг царила полная тишина и покой. Солнце по-прежнему улыбалось, деревья по-прежнему шелестели листвой, а в душу Марии вдруг закралась тревога.

— Виктор, Виктор! Я делаю что-то не так? Скажи, Виктор! — Мария опустилась на колени, положила белый бутон снова на плиту. Долго молчала. Поднялась. Взгляд ее изменился, стал строже. Вся она подтянулась, с лица исчезли слезы.