Книга Прости, Мария, страница 19 – Аманта Сантос

Дни, а особенно вечера на вилле «Мария» проходили теперь шумно и весело. Правда, молодожены — Хосе Игнасио и Изабелла — все равно стремились потихоньку улизнуть куда-нибудь, что бы побыть вдвоем, но остальные, наоборот, радовались, собираясь вместе. Рита, Мария, Виктор, Роман, Ана и дети: Чучо, Мариита и Лули. Лули чаще всего сидела у кого-нибудь на коленях и откручивала пуговицы своими цепкими маленькими пальчиками. А уж сколько бус и цепочек она порвала...

Мариита, которой Изабелла заменила мать, уже умела стоять, придерживаясь за что-нибудь и слегка покачиваясь на некрепких еще ножках. Правда, передвигаться она предпочитала ползком, что делала с проворством и ловкостью, изумлявшими всех, кроме гордого отца Хосе Игнасио. «Даже ползает моя дочка лучше всех» — думал он. У девочки был веселый шаловливый характер, очень отличавшийся от характера Лули. Она любила веселье, всеобщую суматоху, и этим часто доставляла своим родным причины для беспокойства. Но она искренне не понимала, что плохого сделала, забравшись в шкаф и случайно заснув там. Там ее и нашел Чучо, который был спокоен и рассудителен, несмотря на всеобщую панику и готовность звонить в полицию... Он вообще подружился с девочкой.

— С ней можно договориться.

— А как же Лули? — поддразнивала его Мария.

— Она еще совсем маленькая. Не понимает даже, что такое футбольный мяч.

— Мариита понимает?

— Она все понимает. И иногда уже стоит на воротах.

— Стоит?!

— Ну, сидит, но пытается поймать мяч. Я ей поддаюсь иногда, чтобы не плакала.

Мария ласково трепала мальчугана по голове. Рита с Романом души не чаяли в своем приемном сынишке. Все в доме было спокойно, а Мария с довольным видом поглядывала на Виктора. Ее план развивался очень успешно, скоро Виктор Карену сможет вновь войти в класс.

В день, когда все было сделано, Мария прямо таки сияла от восторга. Она хотела, чтобы все были счастливы. Уже вечером, перед тем, как уложить малышку Лули спать, Мария позволила ей вдоволь наиграться плавучими игрушками в маленьком бассейне, в воду которого она добавила немного ароматной пены. Девочка пришла в такой восторг, что начисто забыла про игрушки, а когда Мария показала дочке мыльные пузыри, восторгу просто не было предела. Правда и сама Мария вымокла так, словно плавала в одежде, но она только смеялась, красивая и помолодевшая, глядя в сияющие глазки дочери. Потом, когда Лули уснула, она, уложив ее в кроватку, пошла в спальню. Виктор не спал — при свете ночника он лежа читал какую-то книгу и ждал ее.

— Виктор, — позвала она.

Он поднял глаза.

— Да, любимая.

— Мне надо поговорить с тобой.

— Что-то случилось? — он встревожился.

— Нет. Успокойся, — она потянулась к нему, взяла книгу и отложила ее в сторону, однако, когда он попытался ее обнять, со смехом увернулась.

— Лежи. И не мешай мне говорить.

— Я слушаю тебя, Мария.

— Помнишь, ты мне говорил, как нравится тебе работа учителя, рассказывал о своих учениках. Ты помнил все их проделки: кто там натер школьную доску воском, и ты не смог писать?

— Минос Негретте.

— А кто все время приносил в класс муравьев?

— О, это Тота Салинас. Он сейчас учится в университете.

— А ты помнишь ту девочку, красавицу, которая падала в обморок у доски всякий раз, когда не знала урока.