Книга Прости, Мария, страница 145 – Аманта Сантос

Когда Кандидо уходил от нее, он наткнулся на поджидающего его у двери Алехандро. Тот был очень решителен и мрачен.

— Надо поговорить.

Они отошли к окну и Алехандро тяжело уставился на собеседника. Кандидо сквозь новые очки радостно смотрел на него.

— Я люблю Эвелин, — агрессивно заявил ему Алехандро.

— Правильно, — авторитетно заявил в ответ Кандидо. — Она того стоит! Замечательная девчонка!

Алехандро непонимающе смотрел на него.

— А ты?

— Что я? — не понял Кандидо. И тут же расплылся в широкой улыбке. — А, понял. На свадьбу! Конечно, приду. И я подарю вам, — он засмеялся в восторге от своей идеи. — Я подарю вам одного из своих котят! Так мы окажемся связаны родственными узами!

Алехандро, наконец, понял, что Кандидо и Эвелин не связывает ничего, кроме глубоких дружеских чувств, и, улыбнувшись в свою очередь, крепко пожал ему руку.

Шли дни. Тиэко поправлялась, и Алехандро часами пропадал в ее палате. Он развлекал девушку, рассказывая ей всякие смешные случаи из своей жизни, которые как были, так и не были. Заходили к ней и Хосе Игнасио с Изабеллой. Один раз машина доставила в больницу дона Густаво, и они проговорили несколько часов, закрыв двери комнаты. После этого и состояние дона Густаво стало резко улучшаться. Он стал вставать с кресла, ходить по дому, а иногда и спускался в сад. Малышки Лули и Мариита чувствовали себя отлично. Казалось, эти дни наполнены тихой радостью для всех.

Вот уже четвертый раз Хосе Игнасио, возвращаясь домой из конторы, не заставал Изабеллы. Первые два раза он сам посмеялся своим печалям, третий раз попытался посмеяться. А сегодня сидел на диване серьезный и мрачный, размышляя о том, где и с кем могла в это время находиться его жена.

— Привет, Хосе Игнасио, — она впорхнула в комнату, что-то весело напевая.

Он поднялся, хмуря брови.

— Где ты была, Изабелла?! Уже четвертый раз за месяц я не застаю тебя дома. Если у тебя появился кто-то другой, просто скажи. Я люблю тебя, и не буду вам мешать.

Он старался говорить спокойно. Изабелла с удивлением смотрела на него. Он повзрослел, ее Хосе Игнасио, раньше даже малейшее подозрение заставляло его взорваться от гнева. Она осторожно опустилась на диван рядом с мужем.

— Хосе Игнасио, милый, — ладошка Изабеллы ласково коснулась его лица. — У меня нет никого, кроме тебя, и мне никто другой не нужен, — лукавая улыбка зажгла в ее глазах веселые огоньки. — Хотя нет, нужен, и он у нас скоро будет, — и прежде чем он осознал сказанное, она взяла его руку и приложила к своему животу.

— Я была у врача. Ему уже почти четыре месяца... все будет хорошо... а ты так и ничего не замечал! Ой, что ты делаешь!

Хосе Игнасио, бережно подхватив ее на руки, закружил по комнате. Последующие несколько дней он так надоел врачу Изабеллы своими расспросами и беспокойством, что тот уже отдал распоряжение секретарше отвечать, что его нет в кабинете.

Маргарита частенько забегала к Марии, поговорить с ней и с Аной, посоветоваться о том, о сем. Она уже давно поняла, что у Марии что-то очень неладно идут дела с фабрикой, хотя Мария совершенно не старалась этого афишировать. Своим сметливым и довольно практичным умом она сообразила, что финансовое положение Марии оставляло желать лучшего, и искала способ хоть как-то помочь ей. Но что она могла сделать, не имея никакого опыта подобных дел, не располагая большим состоянием. Маргарита очень переживала за Марию, и это не укрылось от глаз Мануэля.