Онлайн книга «Искатель, 2012 № 11»
|
«Надо было остановить машину и двигаться к дому, — снова с досадой подумал он. — Теперь когда еще доберусь до города. Последний рейсовый автобус уже ушел, наверное». Он взглянул на часы. Поздновато, а до шоссе еще топать и топать. Глазунов опять достал сигарету. «А все-таки как здесь оказался Длинный?» Он нервно закурил, проигрывая в уме варианты ответа. Получалось, что не случайно. Именно отсюда убегала от своих преследователей Наташа, и именно здесь вновь появляется Длинный. Уж не в «Уюте» ли разыгралось начало всей драмы?.. Что из того, что этот особняк — пансионат? В нем вполне могут свить себе гнездо такие, как Бес, Длинный и их хозяин. Глазунов придавил носком ботинка окурок сигареты. «Будь что будет — попытаюсь пробраться в это гнездышко. Только бы найти в него щелочку». Он двинулся вдоль ограды, обходя ее слева и старательно ощупывая крепкие тесовые доски. Прошел метров пятьдесят до угла — все доски приколочены намертво. Направился вдоль следующего пролета. Тот оказался еще длиннее, а доски были все так же прочно пригнаны одна к другой. Опять свернул за угол, и опять — доски не поддавались... А небо вдруг затянуло тучами, стало совсем темно. Притаившись на прежнем месте, он с унынием отмечал про себя, как все новые и новые машины доставляли к воротам «Уюта» радостно-возбужденных мужчин и женщин. Вернулся и Длинный... Наконец вокруг опять улеглась тишина. Она-то и подтолкнула его к очередным действиям. Еще раньше, обходя ограду, он приметил с тыльной стороны груду строительного мусора: разбитые кирпичи, обрезки арматуры, обломки досок и бревен... Теперь он решил воспользоваться этим хламом, чтобы проникнуть на территорию особняка. Спотыкаясь на кочках и рытвинах, Глазунов осторожно двинулся в обратном направлении. Идти мешали кусты и деревья. Они цеплялись острыми ветками, царапали лицо... В кромешной тьме было трудно ориентироваться, и время от времени он прижимался плечом к забору, чтобы не сбиться с пути. Груда мусора должна была находиться справа от него и не дальше двадцати пяти — тридцати метров. Кусты там редели, деревья отступали... Он насчитал сорок шагов, прежде чем с трудом увидел то, что нужно. Подтащил к ограде доски. Пару наиболее широких и длинных приставил под углом к ограде, подпер их для прочности обрубками бревен и принялся карабкаться вверх. Но ограда была так высока, что он никак не мог забраться, не раз срывался. Все происходило, как в недавнем сне в автобусе!.. Он весь взмок, пальцы саднили, кое-где на ладонях содралась кожа... И лишь последним усилием, в каком-то отчаянном рывке, ему все же удалось зацепиться за козырек ограды, подтянуться и забросить на него свое отяжелевшее от усталости тело. С минуту он отдыхал, сидя на козырьке, как всадник на старой кляче. Потом стал осторожно сползать по другую сторону ограды. Второго самодельного трамплина внизу, конечно же, не было, и он повис, как куль с песком. Но вскоре одеревеневшие пальцы рук разжались, и он мешком грохнулся оземь. Тотчас где-то злобно залаяла собака. «А сон-то мой в руку» — с тревогой подумал Глазунов, растирая ушибленное колено. Он тяжело поднялся, осмотрелся. В темноте смутно угадывались очертания все тех же кустов и деревьев, а за ними, далеко-далеко, там, где должен был находиться особняк, одиноким светлячком мерцал слабый огонек. |