Книга Искатель, 2012 № 10, страница 84 – Анатолий Галкин, Евгений Константинов, Александр Терентьев, и др.

— И вот, Савелий Петрович, я сегодня ночью сначала услышала чей-то плач и стоны, а потом выглянула в окно и увидела его... — Лиза вновь передернула плечами, вспоминая пережитый ужас, и продолжила: — Рыцаря... Как в книжке Вальтера Скотта про Ивангоэ — кольчуга, плащ с капюшоном, а на плаще крест красный... Вы думаете, я с ума сошла, да?

— Думаю, голубушка, что нет и, дай Бог, никогда до этого и не дойдет! — Савелий Петрович ненадолго задумался, потом неведомо откуда извлек карандаш, быстро несколько раз черканул по бумажной салфетке и показал девушке некое подобие равностороннего креста, перекладины которого напоминали ласточкин хвост. — Похоже? Такой был на плаще у вашего рыцаря?

— Да, очень похож. И что из этого следует? — насторожилась Елизавета.

— «Есть много, друг Горацио, на свете вещей, что и не снились нашим мудрецам», — это некогда сказал старик Шекспир... Я мог бы и не поверить вашему рассказу, Лизанька, но мы имеем кроме призрачных рыцарей вполне материальные кусочки пергамента — действительно, думаю, старинного! — и стрелу, которой... кхм, извините, голубушка... Так, по поводу печати... Если позволите, я прочту вам коротенькую лекцию... Итак, господа... — Старик чуть приосанился и начал было свой рассказ «поставленным учительским» голосом, но тут же спохватился и продолжил тоном пониже: — В незапамятные времена первых крестовых походов французские рыцари создали орден храмовников, как их называл ваш Вальтер Скотт, или тамплиеров — от слова «Тампль» — Храм. Как и все ордены того времени, тамплиеры клялись провести жизнь в бедности, безбрачии и в служении великому делу освобождения Гроба Господня от сарацин-язычников. Поначалу так все и было: охраняли караваны паломников, следовавших в Святую землю, бились с сарацинами и жили в бедности, что отразилось даже на их печати — два рыцаря на одном коне, на второго деньжат не хватило вроде бы... Но со временем орден становится богатейшим: награбленные сокровища Востока составили «первоначальный капитал», а потом тамплиеры занялись ростовщичеством и подобием банковских дел — в должниках у рыцарей ходила чуть ли не вся Европа и самым активным из желающих обменять «честный вексель» на звонкое золото был король Франции Филипп Красивый. Рыцари в кредите королю не отказывали и даже более того — показали Филиппу свои сокровищницы! А вот это был с их стороны весьма и весьма опрометчивый поступок! Несмотря на миленькое прозвище, король, снедаемый завистью, решил поступить очень некрасиво... В ночь с 12 на 13 октября 1307 года по приказу короля арестовали всех тамплиеров на территории Франции. Был схвачен и Великий магистр Жак де Моле. Рыцарей обвинили в ереси, идолопоклонстве и прочих богомерзких делах. Инквизиция готовила костры. Но за день до ареста Жак де Моле сжег архивы ордена, а в одну из сентябрьских ночей из Тампля — резиденции храмовников — выехало множество повозок с реликвиями и сокровищами, которые были доставлены в порт Ла Рошель, погружены на корабли и увезены неведомо куда... Вероломный и жадный Филипп получил, что называется, дырку от бублика! А когда магистра ордена сжигали на костре мрачные попы, несчастный Жак де Моле, жестоко страдая от сатанинского огня и дыма, проклял всех французских королей до какого-то там колена, и все они плохо кончили!