Книга Вернуть отправителю, страница 2 – Виктор Венцель

Рождество не задалось изначально. В довершение не выпал даже первый снег, а какое Рождество может быть без снега? Еще одна монетка в копилку неудач этого проклятого года, последний элемент, чтобы собрать единую картину проблем и выиграть бинго. Клеменс уже не мальчик, и давно перестал верить в чудеса, но в глубине души надеялся, что завтра, поутру, ничего из того, что произошло за последнее время, не будет. Оно растает, смоется, растворится и исчезнет, словно дурной сон. Он проснется, откроет глаза, поцелует Викторию, обнимет сына и просто забудет обо всем, что случилось. Как это было бы здорово!

Да уж, иначе, такой праздник надолго запомнится ему, да и его жене. Интересно, как отреагирует Виктория, когда обо всем узнает?

Клеменс сплюнул, снова закурил, уперев голову в ладонь. До него доносился детский смех, звучала музыка — рождественские мультфильмы последнее время раздражали его, поэтому он решил не подниматься к Ральфу, своему десятилетнему сыну на второй этаж. В гостиной, где перед зеркалом прихорашивалась его жена, было слишком светло, и он сидел на кухне, бесцельно глотая один стакан виски за другим. Конечно, напиваться перед тем, как отправляться в дорогу — дурная затея, но он вернулся домой не больше четверти часа назад, и никак не мог справиться с дрожью в пальцах. Или слишком замерз, или слишком перенервничал. Или и то, и другое.

Виски совсем не имело вкуса. Клеменс проглотил сдобренную льдом порцию, взглянул на часы и плеснул еще стаканчик. Кажется, стало немного теплее, и мысли в голове начали обретать более-менее осмысленные формы. Просто удивительно, как может переломиться жизнь человека всего за две недели — уму непостижимо. Прежде он писал такое только в сценариях для своих фильмов, чьи постеры украшают его рабочий кабинет на втором этаже. Но одно дело только думать, представлять, угадывать, а совсем другое — столкнуться с этим лицом к лицу самому.

Клеменс передернул плечами, отставил стакан в сторону, мутным взглядом обвел стойку минибара, натолкнувшись на миску с печеньем. Традиционное печенье с предсказанием на Рождество — это ли не банально? Он косо усмехнулся, взял одно, повертел его в руках. Печенье имело форму подковы, внутрь которой кладётся полоска бумаги с написанным предсказанием для того, кому достанется лакомство. Обычно такими вещами занимается хозяйка дома, но Клеменс знал, что Виктория уже давно не касалась вопросов готовки. Она преуспевающая модель и актриса — какое ей дело может быть до обычных семейных радостей?

Скорее всего, печенье испекла домоправительница, или, что еще хуже, купила в ближайшем супермаркете. Клеменс разломил печенье, не заботясь о том, что добрая половина крошек летит прямо на пол, вытянул послание, повернувшись к свету, прочитал его.

«Рождественские праздники будут полны веселья и настоящих чудес!» гласила жизнеутверждающая надпись. Клеменс скомкал пожелание, швырнул его под ноги, снова налил полстакана, подождал, пока лед немного охладит напиток. Вот уж в чем, а в веселье он не сомневался. Даже наоборот, был уверен, что оно скоро начнется. Может быть, даже в эту самую ночь.

Впрочем, записки в печенье были любопытными. Он разломил еще четыре штуки, натолкнувшись на «В праздничные дни осторожность за рулем не помешает», «Зимой отношения становятся только теплее», «Для каждого найдется кусочек рая на планете» и «Совсем скоро вас с разбегу поцелует судьба». Последнее звучало совсем уже странно, но вполне соответствовало его настроению. Он посмотрел на часы, скривился, выдохнул. Время близится к полночи. Пора ехать.