Книга Тысячи осеней. Том 1, страница 420 – Мэн Сиши

— Повелитель! – в тревоге вскричал Мужун Цинь.

Уведя господина из-под удара, он принялся накладывать лекарство на рану Чэнь Гуна. Завидев, что он пострадал, остальные тоже отступили, поскольку и не думали рваться помогать Шэнь Цяо. Их с самого начала ничто не связывало. И неважно, что он попал в смертельную ловушку, следуя расхожей мудрости «ловишь разбойников – начинай с главаря», надеясь устранить главную угрозу и так покончить с обезьянами, дабы спасти всех.

— Повелитель, время не ждет! – шепнул Мужун Цинь Чэнь Гуну. – Как только эти обезьяны-демоны убьют Шэнь Цяо, они придут за нами, и тогда пиши пропало! Нужно как можно скорее уходить!

Немного помолчав, Чэнь Гун согласился:

— Уходим!

Перед уходом он обернулся и бросил взгляд наверх: среди беснующихся и дико визжащих обезьян то и дело мелькал свет «ци меча». Незадолго до кровавой схватки он казался яростным и беспощадным, но теперь казался одиноким и беспомощным. Кто знает, долго ли продержится Шэнь Цяо?

Размышлять об этом Чэнь Гун не стал. Он отвернулся и, уже не оглядываясь, ушел вместе с Мужун Цинем и остатками отряда.

Убив двух обезьян, Шэнь Цяо вдруг понял, что силы его на исходе. Он все же не смог достичь пика своей мощи – прошло слишком мало времени. Вдобавок обезьяны, словно обезумев, рвались к нему напролом, кидаясь прямо на лезвие меча, наполненного ци. Одни падали, но другие приходили им на смену. К тому же он не мог вечно поддерживать «ци меча».

Но вот Скорбь гор и рек рассек грудь одной из обезьян, и в лицо Шэнь Цяо брызнула отвратительная вонючая кровь. Его тут же затошнило, и он на миг утратил бдительность.

Пока другие обезьяны неустанно атаковали Шэнь Цяо, вожак ничего не предпринимал, поджидая подходящего случая. И вот, заметив, что враг отвлекся, он тут же воспользовался этой возможностью и ринулся на Шэнь Цяо. Схватив даоса, вожак толкнул его назад!

Вожак сжимал Шэнь Цяо в своих объятиях мертвой хваткой, и вырваться тот никак не мог. Он толкал и толкал даоса, пока тот не потерял опору под ногами, не оступился и не завалился спиной в пропасть. Вожак обезьян тут же отпустил его и что есть силы пихнул вниз, пока другие обезьяны придерживали его за хвост. Когда задумка удалась, он громко завизжал, словно празднуя свою победу.

Рухнув с высоты, Шэнь Цяо попытался использовать клинок, дабы остановить падение. Клинок впился в камень и стал чертить длинную борозду. Но вес Шэнь Цяо был слишком велик, остановиться не удавалось, и от лезвия Скорби гор и рек так и летели искры. Пока он падал, Шэнь Цяо казалось, что он проваливается в самую настоящую бездну. Он даже представить не мог, когда доберется до дна. Рука, сжимающая рукоять меча, уже онемела, раны, полученные в схватке с обезьянами, горели огнем, да так, что казалось, их облили крутым кипятком. Мука была нестерпимой.

Шэнь Цяо глянул вниз и приметил на дне что-то, светящееся красным. Что именно – он и предположить не мог.

К тому времени рука его затекла, и он невольно допустил оплошность: Скорбь гор и рек не удержался в стене, и Шэнь Цяо уже без всякой опоры полетел прямо вниз. Но как только это случилось, кто-то схватил его за другую руку!

Шэнь Цяо задрал голову и увидел невесть откуда взявшегося Янь Уши. Чтобы поймать своего спутника, тот наполовину свесился через край какого-то выступа.