Книга Несравненный. Том 1, страница 227 – Мэн Сиши

Перст Ваджры здесь был бесполезен: Дуань Циху ничего не оставалось, кроме как в попытке дать отпор вложить всю свою внутреннюю ци в обычный удар.

— Каждый сам расплачивается за свои грехи, моя семья тут ни при чем! – скрипнул он зубами, силясь разглядеть нападавшего.

Боль пронзила его ладонь, изо рта потекла кровь, и Дуань Циху снова повалился навзничь, но чувств не лишился. Он тяжело дышал, удар повредил его меридианы, и теперь он и впрямь уподобился беззубому тигру.

— Да кто же ты такой?! Это Син Мао прислал тебя?!

— Я – Янь Сюэсин, – перед Дуань Циху появился мужчина в черно-красном одеянии и равнодушно поглядел на поверженного противника.

— Ты?! Адепт академии Великой Реки?! – вспомнил Дуань Циху. – Это ты пытался меня отравить на недавнем торжестве? Но почему?!

Дуань Циху был совершенно уверен, что никогда прежде не встречал этого человека. И уж тем более он ничем не мог обидеть академию Великой Реки из далекой Южной Чэнь: колодезная вода речной не помеха, общих дел они не вели и дорогу друг другу не переходили.

Янь Сюэсин мрачно улыбнулся:

— Яд подмешал не я – что тут сказать, врагов у тебя предостаточно, а тех, кто желает тебе смерти – и того больше. Что до Пэн Сяна – того действительно убил я, потому что он заслуживал смерти не меньше, чем ты!

— Я никогда не враждовал с академией Великой Реки! – возразил Дуань Циху. – Ни прежде, ни теперь!

— О, к академии Великой Реки это не имеет никакого отношения, – ответил незнакомец. – Вспомни, кто такой Янь Сюэсин – и сразу все поймешь.

Стражники Дуань Циху не могли больше противостоять столь могущественному противнику: все, кто остался в усадьбе, значительно уступали ему по силе. Ученик академии Великой Реки недаром пользовался славой – он превосходно владел боевыми искусствами, и простые воины ему в подметки не годились.

Одного за другим он вытащил на внутренний двор всех попрятавшихся по углам женщин и детей и запечатал им жизненные точки: из глаз несчастных текли слезы, но они не могли издать ни звука.

Дуань Циху горько сожалел, что отослал управляющего Линя с лучшими бойцами: будь они здесь, по крайней мере, оставалась бы хоть какая-то возможность дать отпор.

— Чью смерть ты хочешь увидеть первой? – Янь Сюэсин направился в сторону наложниц Дуань Циху. – Для таких, как ты, женщины – все равно что платье: если старое истрепалось, ты просто надеваешь новое. Как насчет того, чтобы начать с твоей любимицы?

Давящая боль разлилась в груди Дуань Циху, кровь подступила к горлу. Глядя на мертвую дочь, он прорычал:

— Пусть я умру, но скажи, за что я умираю?! Ты решил помочь Син Мао покончить со мной, но неужто ты считаешь его хорошим человеком? Да он при первой же возможности отвернется от тебя!

— Я не знаком с Син Мао, – покачал головой Янь Сюэсин. – И мне никто не указ.

— Господин Янь, уж коли вы приняли решение, так зачем тратить время на болтовню? Просто убейте всех одного за другим, и тогда он наверняка все поймет, – раздался чей-то насмешливый голосок. На крыше показалась девушка в желтом, в руке она держала бусину. Глаза Дуань Циху в тот же миг округлились: то был нефритовый шарик искусной резьбы, внутри которого скрывались еще два таких же – один в другом. Поговаривали, что некогда эта вещица входила в число сокровищ при дворе Западной Цзинь, а потом несколько столетий переходила из рук в руки, пока не попала к Дуань Циху. Ценилась она не меньше, чем нефрит Небесного озера, и господин Дуань весьма ею дорожил и лишь время от времени извлекал полюбоваться. Хранилась бусина в тайной сокровищнице, о которой не ведала даже его супруга. Однако девушка в желтом, как видно, сумела ее отыскать!