Книга Западный щит Руси, страница 26 – Андрей Булычев

— Петька, правее шагов на тридцать от факела камнемёт стоит! – заметил Митяй. – Давай-ка туда лучше стреляем, авось и заденем кого из обслуги!

По три болта успело вылететь с направляющих самострела, когда с реки подтащили новую партию укрытий.

— Сюда щит, сюда! – Старший орудийщиков метался, расставляя их. – Тут вот орудийная позиция будет, прикрывай сильнее её! Корзины где?! Где корзины?! Сюда их ставьте! Камни в них засыпай!

Новый заряд булыжников перелетел через первую щитовую линию и сбил за ней несколько человек.

— Лекаря! – раздался громкий крик. – Здесь двое калечных. Выносите их вниз!

— Как вы тут, ребята?! – поинтересовался Селантий, подпирая щит большой корзиной.

— Ничего, терпимо, – ответил Пётр. – Пригнитесь, ребята, скорпион пристрелялся.

В самый верх соседнего щита ударила тяжёлая стрела и, расколов жердину, выбила из неё несколько крупных щепок.

— Ого, как тут у вас весело! – воскликнул Ярец, и, поднатужившись, они вместе с Легонтом высыпали в корзину из мешка камни. – Держитесь, ребята, сейчас ещё пара ходок – и у вас тут скоро своя крепость будет.

Сзади, на второй линии, послышался скрип и топот ног, подтащив сани, там начали выставлять онагры и пушки. У самой большой среди расчёта крутился Оська.

— Щитом прикройте, – приказал пешцам командир орудия. – Пока распорки так выставим, чтобы убрать недолго было. Оська, Суло, помогите им, покажите, как надо!

Совсем скоро подход к крепости со стороны ворот был плотно заставлен временными осадными укрытиями, а к стрелявшим дальнобойным реечникам присоединились два русских скорпиона.

— Почему пушки и онагры не бьют? – спросил во время очередной перезарядки сосед. – Я вон уже третью суму болтов опустошаю.

— Вслепую, наверное, не хотят стрелять, – предположил Митька. – У нас друг в пушкарях, говорит, не так-то много боевого припаса привезли. Сейчас вот рассветёт – и посмотрим.

Небо с восточной стороны начало светлеть, и постепенно стали проступать дальние силуэты. Можно было разглядеть выстроенные за ночь осадные укрепления, а вскоре и в серой громаде крепости уже просматривались отдельные детали.

— Вот теперь вам не поздоровится, – сплюнув, проговорил Петька. – Вот теперь-то вас, гадов, и стало наконец нам видно.

Раздался двадцатый щелчок перезарядки, и он прижал приклад к плечу.

Прицельный обстрел от неприятеля уменьшился, теперь уже ему самому пришлось беречься, ведь на каждый удар метательных машин со стен им отвечали русские скорпионы и дальнобойные самострелы. Эту дуэль немцы при свете дня уже начали явно проигрывать.

— Ну что, пора, Филат Савельевич? – задал вопрос, взглянув на старшего осадной рати, главный орудийщик. – Вон как развиднелось уже. Разрешите начинать?

— Припас весь успели подвезти? – спросил тот и, увидев утвердительный кивок, махнул рукой. – Начинайте. Постарайтесь только до ночи, Назар, управиться. Сначала рушьте всю воротную часть.

— Гото-овьсь! – разнеслось над осадными укреплениями. – Заряжай! Прицел поправить! Бей!

Взревел один, второй, третий онагр, и три пристрелочных камня-«пудовика» ударили в стену.

— Поправка прицела! Бьём самостоятельно!

Около русских камнемётов суетилась прислуга. Розмыслы-орудийщики подбивали молотками с длинными ручками низовые клинья, что-то там подкручивали, поправляли, и вот старший первого расчёта кивнул своим стоявшим у торсионов людям. Те начали накручивать навойник, а двое, подтащив камень, вложили его в кожеток. Командир дёрнул рычаг спуска, и вылетевший булыжник ударил прямо в вершину башни, туда, где стоял немецкий порок. Следом за ним вылетели ещё два камня. Один ударил в башенную кладку, а вот второй сбил защитный зубец, осыпав окрестности осколками.