Книга За храбрость!, страница 34 – Андрей Булычев

— На штурм! – отдал приказ Небольсин. Обе колонны двинулись к определённым им участкам. Под прикрытием огня егерей выделенные из нестроевых солдат работные команды заваливали ров, и штурмующие уже готовились перебежать к стенам. Вот первый, второй людской ручеёк, наконец прорвались к ним с лестницами и начали карабкаться казавшиеся издалека маленькими фигурки солдат. Вдруг на вершине стены мелькнули искры огней, и к основанию полетели десятки факелов и зажжённых, пропитанных нефтью бурок. В небо взметнулось пламя, и повалил густой чёрный дым.

— Чего это там?! Чего?! – тревожно вопрошали стоявшие рядом драгуны.

— Похоже, что-то горючее подожгли ханцы, – проговорил Гончаров. – Слышал уже про такое. Бакинцы горючую жижу-нефть не раз при осадах уже поджигали. Её у них много, хоть вёдрами из ям черпай. Вот и сюда, небось, тоже завезли.

— Огненный вал, – подтвердил стоявший впереди Копорский. – Обе стены у подножия пылают. Ох и не позавидуешь нашим пехотинцам.

Было видно, как несколько фигурок, объятых пламенем, выбегали из огненного кольца и потом падали, катаясь по земле.

— Сейчас отступим от стен, и сиди жди, когда новая команда будет, а совсем скоро холода с дождями придут, – пробормотал Сошников. – Помнишь, Тимофей, как под Эриванью в прошлом году околевали?

— Помню, Ефим Силович, – подтвердил тот. – Как же такое забыть? Поддержать бы надо пехоту, а то побьют ребят горцы.

— Ждё-ём, – пробасил вахмистр. – Начальство знает, когда нас в бой послать.

Стоявшие в рядах колонны драгуны роптали, люди чувствовали: ещё немного, ещё чуть-чуть – и штурм сорвётся, все труды и жертвы тогда будут напрасны. От стоявшей на взгорке генеральской свиты отделилось несколько всадников. У коня, подскакавшего со штаб-офицерами командира полка, приняли поводья, и Бомбель лихо с него соскочил.

— Знамённую группу в центр! – прокричал он громогласно. – Горнистам играть «Наступной марш»! Драгуны, поддержим нашу пехоту! Нарвский полк, за мной! – Выхватив из ножен саблю, он побежал в сторону крепости.

— Колонна, в атаку! – прокричал майор Кетлер.

Три сотни спешенных кавалеристов бросились вслед за своими командирами. От одной из стен, бросая лестницы, уже откатывалась русская пехота, возле той, где были южные ворота, ещё трещали выстрелы. Штурмующие отбежали от полосы бушевавшего пламени и, рассыпавшись, били из ружей в защитников крепости. Ещё немного – и они тоже отойдут вглубь долины.

— Ура! – ревущая атакующий клич колонна под развёрнутым полковым стягом выскочила из-за спин пехотинцев.

— Вперёд, братцы! – прокричал полковник. – Не боись, не сгорим! Всем новые мундиры на замену! За мной! – И ринулся в огонь.

— Ура-а! – заорали три сотни глоток, и драгуны рванули следом.

Застывшие от изумления на стенах шекинцы глядели, как волна русских пронеслась сначала по заваленному рву, а потом сквозь бушующее пламя к воротам.

— Ура-а! – Голову и руки обдало жаром. Такой непривычный в этом времени запах горящей нефти ударил Тимофею в ноздри. Его тут же заслонила вонь от жжёных волос и кожи. – Как же больно! А-а-а! – Гончаров перебежал через пламя. Сапоги и мундир в нескольких местах пылали, но всё, он уже был внутри крепости!

— Ура-а-а! – Ревя от боли и от обуявшей их ярости, драгуны выплёскивались потоком в разбитые ядрами ворота.