Книга Гром победы, раздавайся!, страница 65 – Андрей Булычев

В ночь на десятое августа 1790 года основная колонна третьей дивизии русской армии двинулась ускоренным маршем на север. От полка егерей в нее входила вся обозная группа, состоящая из интендантских и лекарских фур, а также из вспомогательных повозок. На восток, в сторону Дунайского Браилова, ускакали два карабинерных полка. Оставшиеся же на реке Арджеш три полка арьергарда встали в оборону.

— Дров не жалейте, братцы, подкидывайте их в костры, чтобы они как можно жарче горели! – командовал егерями фурьер Кряжин. – Пущай турка их издали видит и думает, что у нас тут в лагере все так же, как и ранее, многолюдно!

— Уж лучше бы мы, как вторая полурота, возле коней были, чем вот так, словно истопники, бегать! – недовольно проворчал Аникин и бросил свою охапку сушняка в огонь. – Тут до утра так умаешься, что потом и руку никаких сил уже поднять не будет! А вдруг нам бой вести? Зато эти коневоды из второй полуроты, небось, уже третий сон там видят!

— Ну, не скажи, Спиридон, с чужими конями тоже хлопот много, – не согласился с товарищем Чижов. – Это ладно, когда ты парнем в деревне со своей лошадью в ночное идешь и глядишь только лишь за ней одной. А она-то ведь у тебя свойская, небось, словно бы облупленного знает. А тут вот на второй полуроте их сейчас более тысячи заботой висят, и они ведь все незнакомые ребятам, ни они, ни те их вовсе даже не знают. И, небось, есть там и с норовом али с эдакой дуринкой. Вот и попробуй за всеми и сразу уследить!

С рассветом со стороны степи показался дозор сипахов, который отогнали несколькими дальними выстрелами из штуцеров. Подхватив двух сбитых русскими пулями товарищей, турки опять ускакали назад.

— Прощупывают, – кивнул на отдаляющиеся фигурки всадников Живан. – Видать, скоро летучие отряды вдоль реки пустят. Лишь бы там казаки с драгунами не оплошали да не допустили их до нашего берега. Вот если они проворонят, тогда турки точно всеми силами на нас отовсюду навалятся!

До полудня ничего интересного не происходило, и только во время обеда где-то в отдалении, выше по течению хлопнуло несколько глухих, еле слышных выстрелов.

— Не гоношись, не близко это, – Южаков успокоил встрепенувшегося было Валерьяна. – По реке звук далеко разносится, не то что вот здесь. То наши конные турку от воды отгоняют.

На мосту в это время колдовали со своим огненным припасом пионеры. Савва Ильин недовольно оглядел сложенные в одну кучу бочонки и мешки с порохом.

— Не то это все, ох, не то, Мишенька! Ну, рванем мы этот мост посередке, может, даже кого из турок и осколками при этом взрыве побьем. Однако же часа два времени им хватит, чтобы на разбитый проем длинные хлысты древесные наложить, а потом поверх них и сами бревна завести. Давай-ка мы сюда лучше Курта позовем, как-никак он ведь в их благородиях ноне состоит, ну, вот и пусть значится, подумает, как бы это нам подрыв здесь лучше устроить.

Прошло около получаса, и на мосту собралось аж два десятка полковых пионеров. Огненных дел мастера суетились как на самом верхнем настиле, так и под ним. Осматривали и ощупывали всю конструкцию и при этом громко галдели.

— Молчать всем! – вдруг выкрикнул что есть силы Курт. – На сей мост оставаться только Уфимцев, Ильин и Афанасьев! Гуд, можно еще два пионер. Всем остальным быстро, быстро, бегом на берег!