Книга Гром победы, раздавайся!, страница 115 – Андрей Булычев

— Есть, ваше высокоблагородие! – козырнул поручик. – Так, чего тут стоим? По коням! – крикнул он окружающим. – Все, у кого есть лошадь, собирайтесь вон у того тополя за ближним ручьем. Как только казаки с нашими первыми ротами подскочат, все в погоню пойдем!

— Прощай, Карпыч, – бледный Лужин поцеловал лежащего друга в лоб и порывисто вскочил на ноги. – Ваше высокоблагородие, я с ними!

— Давай, Федя, – кивнул Егоров. – Никита, бери конвой и езжай в лагерь, расскажи Рогозину Александру Павловичу про то, что здесь случилось, пусть высылает сюда обоз. Будем ребяток к себе вывозить и хоронить чин чином с отпеванием и всеми положенными воинскими почестями.

Погоня вернулась через два дня на третий.

— Простите, господин полковник, ушли волки, – склонив голову, докладывал изможденный до предела командир дозорной роты. – Мы след распутали и потом по нему все время шли. Только лишь коням давали передышку, а сами все вперед рвались. Беслы обогнули залив озера Катлабух, сделав небольшой крюк возле Кислицкой крепости, восточнее ее переправились через малый Дунайский рукав и ушли в Измаил. Часа два между ними хода было, запас у них был большой, Алексей Петрович. Если бы чуть раньше о нападении весть пришла… – с досадой махнул рукой поручик.

— Не вини себя, Тимофей, присядь, вижу, как ты вымотался, аж шатает, – проговорил Егоров. – Я уже, честно говоря, и не надеялся, что вы их настигнете. Попервой, в начальной горячке, да, а потом поразмыслил и понял, что бесполезно это все. Были бы татары или, скажем, сипахи – дело другое, но это ведь беслы! Сам понимаешь, уж они-то точно не допустят никакую ошибку! Знали, что мы с их следа ни за что не сойдем. Только и могли от погони укрыться в крепости. Я так думаю, что сейчас в Измаиле весь их алай стоит, вернее, то, что от него осталось после прошлогодней засады. А это сотен семь отборных всадников. Тоже сила немалая. Ну, вот, значит, и встретимся совсем скоро. Не уйдут! – с нажимом проговорил полковник.

— Не уйдут, Алексей Петрович, достанем! – кивнул поручик. – Теперь уж точно не дадим уйти!

— Мы тут вас, Тимофей, ждали, так что сегодня ребяток будем хоронить, – вздохнув, глухо проговорил Алексей. – Теперь уже весь наш полк в сборе. Теперь можно.

В двадцатых числах ноября 1790 года около Измаила собрались все силы левого крыла русской южной армии. Первоначально руководить штурмом крепости собирался сам генерал-фельдмаршал князь Потемкин-Таврический, но позже он передумал и остался в Яссах. На командовании оказались два не подчиненных друг другу генерал-поручика – Иван Васильевич Гудович и Павел Сергеевич Потемкин (дальний родственник фаворита). Командующий речной флотилией генерал-майор Хосе де Рибас был младше их по чину, но подчиняться генерал-поручикам не имел ни малейшего желания.

Измаил являлся одной из самых сильных крепостей всей Османской империи. Со времен войны 1768–1774 годов турки под руководством французского инженера Андре-Жозефа де Лаффита и немца Рихтера превратили эту крепость в мощнейшую твердыню. Она была расположена на склоне высот, покатых в сторону Дуная. Широкая лощина, простиравшаяся с севера на юг, разделяла Измаил на две части, из которых бо́льшая западная называлась Старой, а восточная – Новой крепостью. Крепостная стена бастионного типа достигала шести верст в длину и имела форму прямоугольного треугольника, прямым своим углом обращенная к северу, а основанием – к реке. Перед крепостной стеной простирался насыпной вал, достигавший четырех саженей высоты. С внешней стороны он был обнесен рвом глубиной в пять и шириной в шесть саженей, местами к тому же еще и заполненный водой. В плане сам вал представлял собой ломаную линию, что способствовало ведению перекрестного огня по атакующим. Также из капониров отовсюду простреливался ров и подходы к нему. Одиннадцать мощных каменных бастионов придавали дополнительную устойчивость всей наружной обороне крепости. В стене Измаила было четверо ворот: Царьградские и Хотинские на западной стороне, Бендерские на северной и Килийские на восточной. На стенах и валах было установлено более трех сотен артиллерийских орудий самых новых систем. Все внутренние строения Измаила были также приведены гарнизоном и жителями в оборонительное состояние. Внутри крепости было заготовлено огромное количество боевого припаса, фуража и провианта, дававших возможность выдержать многомесячную осаду. Гарнизон состоял из сорока тысяч человек под командой опытного и мужественного сераскира Айдослу Мехмед-паши, который по иерархии управления в Османской империи считался одним из заместителей великого визиря. Частью гарнизона командовал отважный Каплан Герай, брат крымского хана, которому помогало пять сыновей.