Книга Война на Дунае, страница 46 – Андрей Булычев

— Спасибо вам, Дементий Фомич, – поблагодарил старика Алексей, – за вашу доброту и настойчивость. За то, что с Ильёй Павловичем и всеми остальными смогли поставить меня на ноги. Обещаю, что постараюсь больше к вам не попадать. Хотя бы уж какое-то продолжительное время.

— Это уж как Бог, Лёшенька, положит, – улыбнулся врач. – Но ты уж и правда поберегись. Помни, что давно уже не молодой прапорщик, на котором всё на лету, как на дворняге заживает.

— Дементий Фомич, а как же я? – жалобно протянул сидящий на своей постели Толстой. – Егорова-то вы вон уже вчистую выписываете, а ведь у меня всё гораздо лучше, чем у него, зажило!

— А вот вас, Митенька, я бы ещё на месяц у себя оставил, дабы неповадно вам было ночные брожения организовывать, – укоризненно покачал головой врач. – Ай-яй-яй, ну как же вам не стыдно! Ведь из аристократии сами. Старший адъютант главного квартирмейстера армии! Человек, казалось бы, высокой организованности и культуры. А вот же, организатор форменного безобразия вы у нас, получается. Ладно если бы просто песни орали до утра. Бог с ними, с этими песнями. Но эти полуночные брожения по лагерю, а тем паче похищение спиртуса из аптекарской палатки, вот это уже вовсе не делает вам чести, сударь.

— Не похищали мы его! – пробормотал смущённо Толстой. – Только если для обработки ран немного взяли. Я всё верну, Дементий Фомич!

— Эх, Митенька, Митенька, – только и отмахнулся пожилой врач.

— Господин полковник, разрешите?! – В командирский шатёр, сбив грязь перед входом, нырнул командир разведчиков. Вслед за ним, один за другим, заскочили все офицеры его роты и старший унтер-офицер Лужин Фёдор.

— Присаживайтесь на лавки, ближе к столу, братцы, – показал на сколоченную из грубых необструганных досок столешницу Егоров. – Вот как раз напротив Живана Николаевича и Олега Николаевича располагайтесь.

Подождав, когда все рассядутся, Алексей разложил на столе скреплённую из несколько отдельных кусков карту и ещё несколько расчерченных карандашом схем.

— Это общий вид Придунайской Добруджи, господа, – провёл он ладонью по плотным листам бумаги. – Вернее, её прибрежного участка. В карту сведены все полученные вами ранее сведенья о неприятеле и об особенностях окружающей Дунай местности. Многие из вас сами, прежде чем доложиться в штаб, рисовали эти схемы или составляли их из донесений своих дозорных групп. Так что оглядите всё, запомните, и я продолжу. Никита, Матвей, – крикнул он в сторону выхода, – чай приготовьте для господ офицеров. Ну и что-нибудь к нему принесите. Там с мёдом горшочек был и лепёшки? Вот и давайте всё это нам к чаю.

Вестовые выбежали, а полковник подошёл к столу.

— Всё? Охватили глазами общий вид? Понятно теперь, где мы совсем скоро с вами будем действовать? Полк наш придан отряду генерал-майора Голицына и будет десантироваться вместе с Полоцким и Углицким полками, а также арнаутами вот тут, – ткнул он пальцем в точку с надписью «Исакча». – Десант после высадки разбивает прибрежные редуты, берёт штурмом основную крепость и уничтожает начатое подле неё строительство переправы и все те материалы, которые там складированы: доски, брёвна, понтоны и прочее, прочее. Но в этом деле участвовать вы, кто здесь сидит, не будете. Для вас, господа, есть особая задача – это уничтожить обнаруженное ранее логово беслы и отбить охраняемый как зеницу ока гарнизонный стяг османского Измаила.