Книга Война на Дунае, страница 25 – Андрей Булычев

— Первый отряд, на посадку, марш! – скомандовал Осокин.

Два десятка егерей с ружьями в руках и закинутыми за спиной вещевыми мешками цепочкой побежали к пристани. Вот глухо застучали их ноги по мокрым брёвнам.

— Вперёд, вперёд! – поторапливал своих разведчиков стоящий у сходней подпоручик Воронцов. Прошло пару минут, и весь его отряд разместился на палубе галиота.

— Второй отряд, на посадку, марш!

И теперь уже перепрыгивали на палубу соседнего судна люди прапорщика Травкина.

— Волнуешься? – К Алексею подошёл Кунгурцев. – Не переживай, всё ладно будет. У вас только с моим отрядом это уже второй поиск, а так-то вообще даже четвёртый. С казаками ведь ходили на кончебасах. Опытные твои ребята, должны будут все вернуться.

— Дай бог, – кивнул Егоров. – Миш, пусть только твои сразу от берега не уходят. Хотя бы немного неподалёку от высадки пождут. Вдруг чего не так, чтобы забрать их смогли.

— Не переживай, всё сделаем, как и обговаривали, – кивнул Кунгурцев. – Две обманные пары, из галиота и галеры, ещё засветло, на виду вдоль турецкого берега прошли. Должны они на себя всё внимание турок оттянуть. А вот теперь и основным судам с твоим десантом можно выходить. Не волнуйся, Алексей, прикроем твоих егерей у того берега.

На посадку в это время забегали егеря из третьего отряда прапорщика Луковкина. Вот он сам помахал рукой с пристани и, перебежав по судовым сходням, перескочил на палубу.

— Ну всё, господа, пора! Скоро увидимся!

Кунгурцев, кивнув Алексею и стоящему рядом командиру дозорной роты, поспешил к командирскому судну.

Галиоты один за другим отходили от причала и пропадали в дождливом сумраке.

— Лучше бы всё-таки я сам с ними, господин полковник, в поиск пошёл, – всматриваясь в темень, глухо проговорил Осокин. – Хуже нет, вот так вот, провожать и ждать.

— Ты думаешь, мне, Тимофей, легко? – хмыкнул Егоров. – Так бы и побегал на дозорном выходе сам, со своим отцовским штуцером, как когда-то. Небось, не забыл наш давний Забалканский рейд?

— Как же, забудешь такое, – улыбнулся Осокин. – А вот бегать вам сейчас в дозоре никак уже нельзя, Алексей Петрович, у вас целый полк теперь за спиной. Я вон на роте со своей сотней душ иной раз от забот с ума схожу, а тут аж полторы тысячи! Страшно подумать!

— Вашвысокоблагородие, уже скоро отбой пробьют, – напомнил о себе Мазурин. – В гошпиталь вам срочно надо, и так ведь вечерний обход пропустили. Сейчас в темноте пойдём, не дай бог опять спотыкнётесь, и снова рану потревожите. Давайте я вас хоть придержу маненько.

— Спиридонович, ну ты меня ещё как маленького на руки возьми! – отмахнулся Алексей. – Сам я! Да и дорогу пока немного видно.

— Сам, сам, – ворчал подлекарь. – Цельные полковники уже, столько людей в подчинении, а себя так и не научились беречь. Никита, Федот, чего застыли?! Факелами подсвечивайте, тут вона на берегу какой подъём крутой!

Послышался стук огнива, мелькнул огонёк, и подступы к пристани осветились пламенем двух факелов.

— Ну ты и жук, Акакий Спиридонович! – покачал головой Алексей. – Сколько у тебя ещё там человек в прислуге?

— Да окромя вестовых, только лишь пятеро из охраны, – пожал тот плечами. – А чего, их превосходительство сами сказали, чтобы за вами постоянно приглядывать и шибко оберегать. Ну вот я, значит, и того, исполняю их генеральскую волю.