Книга Война на Дунае, страница 112 – Андрей Булычев

— Да-а, не углядел я за Куртом, ребята, – тихо проговорил Алексей. – Простить себе не могу. Думаю постоянно, может, усилить нужно было его отряд или по-другому засаду устроить.

— Нет твоей вины, командир, – обнял его Гусев. – Война всему виной, и Курт в ней погиб как герой, как настоящий русский офицер, за спины своих солдат не прячась.

— Егорке как это рассказывать? – посмотрел в глаза друга Алексей. – Вот то-то же…

За сутки до указанного к отбытию срока на дорогу к Галацу выкатились пять необычных повозок. На двух больших двухосных и трёх поменьше с одной осью виднелись металлические баки с топками. На каждой повозке сидело по два пожилых егеря при фузеях.

— Котловые телеги волкодавов, – кивнул вслед им караульный капрал. – Говорят, на них кашка ох и скусная получается! Не сподобилось, конечно, мне её отведать, но вот за что сам купил, за то и вам продаю. Говорят, что в них зерно хорошо разваривается и даже старое мясо как парная телятина становится. Не то что в обычном артельном котле.

— А я прошение к Егорьевским подавал, так ведь не взяли, – вздохнул худой и длинный как жердь Викула. – Не можно, говорят, с таким-то вот ростом. От пули трудно, дескать, будет уворачиваться, а они же постоянно под теми пулями скачут.

— Ладно, они-то пусть скачут, да ты и сам тут чаще башкою верти, – хмыкнув, сказал капрал. – Как-никак, а часовым при пороховом складе нонче определён, не шутки это, не хухры-мухры! Пошли, Савелий, всё, смена поста. Позавтракаешь и часика четыре можешь поспать.

— Три дня марша да по таким просохшим дорогам, как раз вовремя к сроку поспеем, Алексей Петрович, – уверенно заявил Кулгунин. – Я предлагаю сильно людей маршем не гнать. Кто его знает, чего там, у этого Галаца, случится. Вдруг сразу на переправу погонят? А переправа это ведь такое дело…

Первые сутки колонна прошла легко. На обед их встретили горячим полевые кухни, и егеря, разлёгшись на расстеленных пологах, черпали варево из своих плоских котелков. Повара, опустошив баки, залили в них из ручья воду, засыпали новую порцию крупы и, дымя трубами, покатили по дороге.

— Вот теперь и отдохнуть можно, – проворчал довольный Горшков. – Пока это у корпусных егерей в котлах харч сготовится, мы уже три сна увидим, – и закинув ноги на вещевой мешок, правда захрапел.

— Умелец, – кивнул в его сторону Кожухов. – Учитесь, щени, в таком сразу видно опытного солдата.

Молодые, без хвоста на касках Кузя и Наум так же сняли сапоги и накинули на их голенища портянки. Повозившись на личных отрезах плотного, провощённого полотна, они так же засопели, как и сотни лежащих на поляне егерей.

Через два часа, когда все остальные подразделения только-только начали снимать первую пробу в своих артельных котлах, роты волкодавов построились и пошли на запад. В двадцати вёрстах на южном берегу озера Кагул у места ночёвки они нагнали полевые кухни. Ужин, сготовленный прямо на колёсах, подкрепил служивых, и они спешили воспользоваться предоставленным им отдыхом. Ночь в июне словно воробьиный носок коротка. Команда – подъём! И в последний раз, отведав из походных кухонь, роты ушли скорым шагом на запад.

— Ну вот и всё, теперяча отмывайте баки как следует! Оси обиходьте! У лошадей подковы и всякую сбрую проверьте и почините, коли есть непорядок, – распорядился старший среди интендантской группы повар Иван. – Теперяча нам уже не догнать своих на марше. Приберёмся и налегке за ними поедем.