Книга Наследница Драконьего перевала, страница 16 – Инна Дворцова

— Ваше счастье, доктор, что она очнулась, – нешуточно угрожает Молли, – оставить клан без предводителя – это…

Она от возмущения никак не может подобрать нужные слова. Меня же волнует золотистый кокон, который оплёл нас с Райтоном. Что за колдовские штучки? А вдруг он нас соединил навеки, а я не в курсе.

Пора выходить из забытья и пытать доктора вопросами, но доктор меняет мои планы неожиданным выпадом:

— Молли, опять говоришь глупость, миледи никогда не стать во главе клана Макхью.

— Это ещё почему? – грозно наступает на него Молли, а я смотрю на их противостояние сквозь ресницы. Оказывается, когда ты лежишь, прекрасный обзор.

— Она женщина, – говорит он таким тоном, словно выплёвывает какую-то гадость, по недоразумению попавшую в рот.

— Леди Катриона вдова главы клана Макхью, – с гордостью произносит, будто это она леди Катриона, а не я. – В клане нет ни одного подходящего мужчины, чтобы возглавить нас.

— Это не аргумент, – отмахивается доктор Вейн.

— Да неужели? Вспомните-ка королеву Гвендолин, которая стала во главе страны, – наседает со своей правотой Молли, – а она, между прочим, даже не вдова была.

— У королевы была другая ситуация, – упрямится доктор, – либо монастырь, либо мятеж. И, строго говоря, она была регентом при несовершеннолетнем короле Кейноре.

Я не хочу больше слушать экскурс в историю государства, меня больше волнует моя история с магией. Приходит пора «воскреснуть», и я издаю страдальческий стон.

Ко мне тут же бросается Молли, бормоча нелестные слова в адрес доктора Вейна.

— Что со мной? – говорю вроде бы нормально, но из горла выходит какой-то прокуренный сиплый голос.

Усталость неимоверная. Я не могу даже руку поднять. С огромным трудом поднимаю веки.

— Вы истощили свой магический резерв, – обыденно, словно о том, что я порвала платье, произносит доктор.

— Мне снилось странное, – выдавливаю я из себя.

— Скорее всего, это был не сон, а действие магии, – успокаивает меня доктор, но от такого объяснения легче ни черта не становится.

Вот, значит, как. Всё же магия. А я так надеялась, что просто потеряла сознание из-за шишки на голове.

Тогда вопрос к Молли, а такой ли слабый дар был у Катрионы? Я далека от всего магического, но даже я понимаю, что тут сильное магическое воздействие.

— Я думаю, что милорд тоже имеет магический дар и, соединившись, ваши магии, дали вот такой результат, – рассуждает вслух доктор Вейн.

— Раздери меня горгулья, вы правы, доктор, – впервые с того момента, как я увидела милорда в замке, он заговорил. – У меня, естественно, тоже есть магия, и я даже умею ею пользоваться.

Голос у него уже достаточно бодренький в отличие от меня. Высосал, вампирёныш, мою магию, и стало лучше.

— Раз шутите, значит, выздоравливаете, – ободряет его доктор.

Только мне кажется, что он не нуждается в ободрении. Райтон такой самодостаточный, что даже оторопь берёт.

— Какая у вас магия? – сиплю я, как хронический курильщик, а Молли подаёт мне кубок с каким-то питьём. Я делаю глоток и наслаждаюсь. Он похож на горячий глинтвейн со специями. Как же хорошо и мне, и горлу.

— Очень древняя магия, – спокойно говорит он, как о чём-то само собой разумеющемся, – такой уже нет в вашем мире.

Стоп, что значит «в вашем»? А его какой тогда? Что за оговорка такая странная? Прав был сосед, видимо, непростой гость у нас. Но будь я проклята, если позволю Мэтью Макинтайру украсть моё приключение.