Книга Целительница для некроманта, страница 35 – Инна Дворцова

Я слушаю всё открыв рот.

— Твоя взяла, Мелвас. Чего ты хочешь за амулет? — Выдавливает из себя Жади.

— Нам сначала нужно его достать. Ты же знаешь, условия ритуала призыва амулета? — произносит некромант, пристально глядя в её глаза.

Он так сильно сжимает мою руку, что я невольно вскрикиваю. Никто из них не обращает на меня внимания. Между ними идёт молчаливая борьба.

— Знаю и помогу, — нехотя говорит некромантка.

Мелвас прижал её к стенке и ей не остаётся ничего другого, как принять его условия.

— Как мы его всё-таки делить будем, — не выдерживает Жади.

Я её понимаю, нужно чётко обозначить все условия сделки.

— Да, никак, — беспечно говорит Мелвас.

Но именно это и напрягает и меня, и Жади. Мы вопросительно уставились на него. Меня он не замечает, а вот с Жади не сводит глаз.

— Кто сумеет удержать амулет, подчинить его себе, тут и будет хозяином Повелителя Мёртвых, — добавил Мелвас.

Вот так просто? Подчинил, удержал и древний артефакт твой? Что-то мне слабо верится.

Хотелось бы, чтобы Мелвас смог стать хозяином Повелителя Мёртвых, может, тогда амулет сможет упокоить, шатающуюся по округе нежить.

Я озираюсь кругом. Сквозь щели деревянных идолов капища вижу бродящих мертвяков. Для них мы словно не существуем, пока стоим на святой земле.

Мы надёжно защищены богами, но стоит нам ступить шаг за ворота капища, нежить не даст нам уйти живыми.

— Где-то тут есть подвох, — сомневается Жади. — Не верю я тебе, Мелвас.

Он равнодушно пожимает плечами.

— Дело твоё, хочешь — верь, хочешь — не верь, — говорит он. — Не веришь — уходи. Я и сам справлюсь.

Жади так сжала челюсти, что слышно скрежет зубов. Глаза сузились, а зрачок стал вертикальным. Волна суеверного ужаса охватила меня, и я попятилась. Сильная рука хозяина не даёт мне уползти и забиться в норку.

— Впечатляет, Жади, — усмехнулся некромант. — Мою рабыню поразило твоё выступление, еле-еле удержал её на месте. А она мне нужна для ритуала.

Я дёрнулась, но разжать стальные пальцы некроманта не удаётся. Так и знала, что меня он держал ради того, чтобы принести в жертву.

От страха я начинаю поскуливать. Сердце колотится, как ненормальное. Я не соображаю уже ничего. Остался только животный страх, который заполнил каждую клеточку моего тела.

— Где амулет? — деловито спрашивает некромантка, готовая к проведению страшного ритуала.

— А разве я тебе не сказал? — Деланно удивляется Мелвас. — Здесь. На этом капище, под каким-то из идолов.

Жади хватает меня за другую руку, и они тащат в центр пентаграммы. Я ору, падаю на землю, безвольно повисая у них на руках.

Они бросают моё безвольное тело, которое сотрясается конвульсиями рыданий. Но некроманты не знают жалости! Все они сволочи!

Мелвас выхватывает из-за пояса ритуальный нож. Большой, серебряный, с выкованными на лезвии рунами. Рукоятка из бедренной кости рыси. Так, во всяком случае сказал мне некромант, когда показывал нож.

И вот теперь, он лишит меня жизни.

Лезвие блеснуло на солнце. Я зажмурила глаза. От страха даже слова молитвы выветрились из головы. Сердце бьётся так сильно и громко, что у меня болит в груди и заложило уши. Боли в запястьях не чувствую.

Вскрик и что-то тёплое брызнуло мне на лицо.

Я осторожно приоткрыла один глаз и скосила взгляд на руки. Свободны. Открываю глаза. Лежу в пентаграмме, надо мной стоит Мелвас, его лицо, руки, одежда в крови. Он протяжно читает заклинание.