Книга Дерзкая попаданка для императора, страница 14 – Инна Дворцова

— И не подумаю, — отвечаю я. — Так ходи, чтобы руки не распускал. Это твоё наказание.

— Какая ты злая, Лиля, — говорит он вкрадчивым голосом, впечатывает меня в стену. Одной рукой фиксирует руки над головой, а вторую запускает в вырез блузки. Терзая мой рот жадным поцелуем.

Кручу головой, извиваюсь всем телом, но вырваться из его захвата не могу.

— Я покажу тебе, каким сладким бывает наказание.

Вопреки своим словам он нежно меня целует. Опускает руки и проводит тыльной стороной ладони по лицу. Мне стало жарко. Я не хочу так на него реагировать, но тело меня предаёт. Гио видит мою реакцию на него и самодовольно ухмыляется.

— Отпусти, — шиплю я.

— Зачем? Разве тебе неприятно? — он действительно удивлён. В его понимании делай, что хочешь и будь что будет.

— Неприятно! — лгу я, прежде всего самой себе. Мне чертовски приятно. Так не было приятно ни с кем.

— А твоё тело говорит об обратном, — усмехается он.

Естественно, что оно вопит об обратном. Я не избалована таким мужским вниманием. Никогда не позволяла вольностей, тем более таких. Можно сказать, что Гио первый в этом.

А, чтобы Вадик вёл себя подобным образом, не могло быть и речи. Справедливости ради моё тело на Вадика так не реагировало.

— Люди отличаются от животных тем, что не следуют бездумно зову тела, а живут разумом, — пытаюсь до него достучаться.

Но куда там, его мозг сейчас заткнулся, им управляет орган, который находится гораздо южнее.

— Расслабься и постарайся получить удовольствие, — шепчет он. Сам-то он уже получает удовольствие и рассчитывает на большее. Я, конечно, понимаю, что постель не повод для знакомства, но не в моём случае.

Я в панике. Разум вопит, чтобы я врезала ему как следует, а сердце просит повременить. Пусть ещё немного продлится поцелуй. Врезать я всегда успею.

— Я не собираюсь расслабляться. Тебе мало носа? Могу добавить, — злюсь я на саму себя. — Отпусти. Меня. Немедленно.

Мои слова никак не действуют на Гио. Как об стенку горох. Видно, что он не привык отступать.

— Лиль, ну чего ты такая зажатая? — интимно шепчет он на ухо. И от его голоса у меня бегут мурашки по телу. — Такая красивая и такая неприступная.

— Вот именно неприступная. Отвали. Последний раз прошу. Потом будет больно.

Он придавливает меня к стене, и я чувствую каждый изгиб его мускулистого тела. А распирающий штаны бугор впивается мне в живот.

— Как я могу отпустить тебя? Страсть туманит мне разум, — и он прикусывает мне мочку уха. Я задыхаюсь. То ли от возмущения, то ли от возбуждения.

— Балабол! — вынесла я свой вердикт. А он запечатал мои губы поцелуем.

Древний, как мир способ заставить женщину замолчать и самый безопасный для мужчины.

— Мы непозволительно много болтаем, — говорит Гио.

— Мы непозволительно много себе позволяем, — отрезаю я.

Как бы я хотела заехать по причинному месту ногой, но не получается. Я меньше его ростом. Поэтому всё просто — бью туфлей по голени. Это очень больно.

Хватка сразу ослабла, но Гио даже не застонал. Может, слабо ударила? Нет, глаза его потемнели от боли.

Ну, что за человек? Говорю ему прямо: отпусти, а то хуже будет, так нет проверяет на мне своё мужское обаяние.

— В шесть я за тобой зайду, — ставит он меня в известность сиплым от боли голосом.