Книга После развода. Дочки-витаминки от бывшего мужа, страница 41 – Ольга Тимофеева, Яна Мосар

Выдыхаю, а сделать новый вдох забываю.

— А вы сейчас целоваться будете? — вклинивается Вита.

И меня тут же выдергивает из этого гипноза.

— Что я тебе должна? — зачем-то на автомате спрашиваю, будто он сантехник.

Давид усмехается, на Витку переводит глаза.

— Ну, мне с прокурора деньги-то брать неудобно. Аукнется еще потом. Это так… — подмигивает мне, — бонус. Еще там какую-то емкость под ванной поставь на всякий случай на ночь. И завтра гляну в магазине, нормальные прокладки куплю, заменим обе — и забудешь.

— Спокойной ночи, девчонки-витаминки, — обувается Давид.

— Спокойной, — хором.

Я открываю дверь, чтобы дать ему выйти.

— На минуту выйдем? — кивает на площадку.

Я соглашаюсь, но тревожно как-то. Все было понятно до этого вечера. Сейчас — нет.

Но я выхожу.

— Тая, они уже второй раз как-то странно спрашивают про папу. Он вообще есть?

Обложили меня… обложили…

— Есть! И вообще это не твое дело. Спокойной ночи.

Быстро разворачиваюсь и открываю дверь в квартиру.

Козявки мои стоят под дверью и подслушивают.

— Это что такое, чего не спим?

— А о чем вы шушукались? — Вита.

— Вы целовались? — с надеждой смотрит Амина.

— Спать, быстро! — взрослые разговоры детям слышать не обязательно.

— Вот увидишь, Давид будет нашим папой, — шепчет громко Амина.

— Маме нравится Женя, она с ним гуляет, поэтому посмотрим еще, — шипит в ответ Вита.

Черт. Хуже и не придумаешь! Они разделились во мнениях.

Я с головой в списках: закупки, чек-лист по кухне, “утро/вечер” в электронных ценниках, раскладка по полкам. Из кухни тянется божественный запах пробной партии ванильных сырников.

Давид появляется бесшумно, как совесть, облокачивается на стойку и кивает в сторону входа.

— У нас новая концепция? “Кафе безымянное”. Стильно, лаконично, — ведет бровью. — Четверг, Тая, вывески нет.

— Это называется саспенс, — не поднимая головы, делаю вид, что спокойна. — Все будут заинтригованы и придут. — Оборачиваюсь к нему.

— А если не успеют? — в голосе легкая шутка, но глаза нервно щурятся. — Я чего гостям скажу? Идите на запах компота?

— Ну, адрес то есть, он точно не поменяется, — натягиваю улыбку, а внутри тянет холодком. Вдруг и правда не успеют?

Открываю наш чат.

Я: Лен, как там вывеска?

Лена: Мой сказал, что в работе. Держим кулачки.

Я: Держу все, даже брови.

Вера: На крайний случай сделает баннер из листов А3. Скотчем к фасаду прилепим и ждем настоящую.

Смотрю на Давида.

— Все делают, скоро будет.

— Когда скоро?

— Все, Давид, не отвлекай.

— Ладно, с меню что? — втягивает носом воздух, — как будто горелым воняет.

Я на автомате втягиваю за ним.

Черт.

Срываюсь и на кухню. Там стоит дым.

— Кто? — басит у меня за спиной Давид. — Кого уволить?

— Меня! — оборачиваюсь, — это я хотела пожарить себе яйцо и забыла.

Вздыхает.

— Я еще не завтракала.

— Сделайте ей завтрак. А мне кофе.

— Да я сама могу.

— Может она, — берет за локоть и выводит из кухни, сажает за стол. Сам напротив. — Что там с меню?

— Так. Сырники — детский размер и взрослый. На рикотте понежнее, на твороге погуще. Дети обычно первые любят, взрослые вторые. Сметана, джем, соленая карамель, ягодный кули.

— Пойдет.

— Каша пшенная с тыквой. Подача “Паровозик”.

Параллельно Вера кидает в чат превью флаера: “Суббота — открытие “Витаминки”. Завтраки с 8:00. Детская зона. Скидка 20 % с флаером”.