Книга Моя месть. Шах, тебе мат!, страница 36 – Мара Евгеника

Думая об этом, неожиданно для себя шевелю пальчиками ног.

Тот, кто напротив, делает так же.

«Да, красивые пальцы у ЭТОГО. Ровные. Второй немного длиннее относительно всех остальных. Эта форма называется «грек». Может он на самом деле грек?» - хмыкаю про себя и поднимаю край шляпы.

— Зорин, как Вы сюда добрались, мне понятно. Но…Вопрос в другом… Как Вы могли узнать, где я? - в третий раз задаю вопрос, на который РДЗ упорно не отвечает.

— Женечка, скажем так: для одаренного человека со связями нет ничего невозможного, - играя бровями и волнуя меня своими очаровательными ямочками, отвечает Роман. - Жень, может все же заменить этот коктейль со странным сочетанием цветов?

Вместо ответа просто отрицательно качаю головой и через коктейльную трубочку медленно втягиваю вкусную тягучую жидкость.

Весь вечер, который я достаточно весело провожу с Зориным с ресторане, думаю о том, нужно ли мне это…

Да меня грызет обида на Якова, решившего, что я его ручная королева. Но…

Готова ли я вступить в отношения с другим мужчиной.

«Нет! Стоп! Дело не в отношениях. Зорин недвусмысленно намекает на приятное продолжение вечера и ранний завтрак. Он только взглядом раз дцать уже поимел меня во всех самых неприличных позах. А я?! А что я?! Я то готова к продолжению вечера в постельно-горизонтальной плоскости?! Просто уехать отдыхать без Якова - это демарш. А вступить в интимные отношения с другим мужчиной - это измена, после которой назад дороги уже точно не будет… А может мне именно это и нужно?!» - думаю, пока Роман рассказывает о том, как они с друзьями ездили в Индонезию на рыбалку на марлина.

В этом момент мимо нас проходит официант.

Зорин просит его подойти и что-то шепчет мужчине на ухо.

Тот уходит и возвращается с листом бумаги и ручкой.

Роман пододвигает оба предмета ближе к моей правой руке и накрывает левую ладонь своей.

— Рисуй, Женечка! Рисуй! - шепчет Зорин, смотря на меня плотоядным взглядом и облизывая свои красивые губы.

От того, что я вижу, и от мужской энергетики, которую ощущаю, по моему телу пробегает дрожь.

Она запускает внутреннюю вибрацию от солнечного сплетения до паха.

И там…внизу…возгорается пламя.

Оно своими острыми язычками, поднимаясь вверх, запускает жар во всем теле.

Пытаясь его погасить, начинаю учащенно дышать и раздувать ноздри, как меха, втягивая в легкие воздух.

Только он не остужает меня, а еще больше нагоняет жару.

Мы с Зориным снова пристально смотрим друг другу в глаза.

И мне даже начинает казаться, что наши взгляды, скрещиваясь, искрятся, как молнии.

— Выпей, - возбужденно хрипит Роман, протягивая мне бокал шампанского.

— Напоить меня хочешь? Дескать, пьяная женщина себе не хозяйка, - интересуюсь, громко сглатывая слюну, стараясь протолкнуть ком возбуждения.

Зорин в ответ лишь смеется - задорно и заливисто, словно мальчишка.

— Ты же плюмбум магнат, а ведешь себя, как пацан, - пью шампанское и хмыкаю от того, что сама не заметила, как перешла на «ты».

— Ну, скажем так. Мне до магната, как до Пекина пешком, - пожимает плечами Роман. - А вот батя мой - он точно это слово, которое у многих вызывает раздражение. Но…Знаешь, несмотря на это, папа-Зорге еще тот пацан. Правильный пацан!