Книга Развод. Мы с тобой теперь никто, страница 47 – Мара Евгеника

— Моя - Милешечка! Мой ангел! Моя награда! Знаешь, если бы все пришлось вернуть обратно, то я бы поступил так же, как и тогда шесть лет назад. Только более решительно. Сразу бы присвоил тебя и утащил в свою берлогу! - смеется, глядя в глаза, Роб.

— Ну, вот! Наконец-то, ты и сознался, что это был твой коварный план, - начинаю хохотать в ответ.

— Угумс! Мне очень хотелось стать счастливым и я им стал!

В этот момент сын своего отца проводит серию толчков.

— Футболистом будет! - смеется Брагин, поймав удар рукой.

— Ага, назовем его Рональдо…

— А чего нормально звучит… Рональдо Робертович, - хмыкает муж.

— Да, ну-у-у... Я пошутила. Тем более Янчик сказал, что братика будут звать Лева. Это они с Яночкой так решили.

— Милаш, а ты согласна с мнением детворы?

— Да! Мне нравится. Лев Робертович. Уверена, твоему отцу это будет приятно, - глажу мужа по груди и трусь об него щекой и носом.

— Слышишь шуршание янишек за дверью? - хихикает Роб. - Надо быстро одеваться, а то опять попадем под перекрестный допрос.

— Кстати, милый, у меня к тебе тоже вопрос есть. Зачем вы с Яном писали против ветра?

— Ну, писал, вообще-то, только Ян, - сдерживая хохот, поясняет Роб. - И это был эксперимент.

— С какой необходимостью вы проводили этот дурацкий эксперимент, - тычу кулачком в мужское плечо.

— Милеш, все мальчики хоть раз в жизни так делают…

— Ага, чтобы потом ходить с описанными штанами или ногами. И зачем это нужно было?

— Ян меня спросил, что будет, если пописать против ветра. Я ему ответил, чтобы понять надо попробовать. Он попробовал и все понял сам. Сказал, что в другой раз будет думать, прежде, чем сделать. Мил, разве это плохо, что наш сын понял последовательность действий: думай - делай?

— Не плохо, но давай в другой раз вы обойдетесь без аналогичных опытов. Договорились, милый?

О нашем утреннем разговоре вспоминаю, когда по дороге в офис своей консалтинговой компании завожу Янчиков в школу развития.

— Мамуль, а девочки могут писать против ветра, - теребя свой хвостик, интересуется Яночка.

— Могут, милая! Но, знаешь, не стоит пробовать делать то, что и другие. А, вообще, это просто выражение такое. Оно означает, не быть таким, как все.

— Янка, точно писать против ветра не надо, - тут же поясняет Ян. - Потом все ноги мокрые! Бы-ы-р…

Янка кривится и хихикает в кулачок.

Смотрю на детей, и, поглаживая животик, отправляю Брагину сообщение: “Люблю тебя, Роб! Ты лучший мужчина на земле!”

И тут же вспоминаю, как год назад на одном из благотворительных мероприятий, посвященных Дню защиты детей, случайно столкнулась с семейством Дурневых.

Я была со своими Янчиками.

Дурнев старший посмотрел на нас, как на пустое место. Его реакция нисколько меня не удивила, но и не огорчила.

Иришечка “Говна”, увидев меня с малышами, не удержалась и все же подошла.

- Красивые у тебя детки, Милена! - вздохнув, произнесла женщина и погладила по голове именно Яночку. - Если б не знала, то подумала, что девочка дочь моего сына.

Станислав, стоявший поодаль со своей женой, смотрел на меня с какой-то тоской во взгляде.

Мазнув равнодушно по бывшему мужу глазами, я в очередной раз поняла, что судьба пять лет назад сделала мне два отличных подарка.

Избавила от ненужных и токсичных людей и осчастливила любящим мужчиной и детьми.