Книга Счастье в 50. Драмы больше нет, страница 39 – Мара Евгеника

В вечер аварии, когда Назар привез меня домой. Понимая, что мужчина может быть голоден, я предложила ему вместе поужинать.

Сделать такой реверанс вежливости было несложно, потому что у меня всегда есть готовые блюда. Привычка готовить осталась со времен, когда с нами жили сыновья.

Орлов тоже не стал корчить из себя институтку. Без экивоков согласился, и тут же вызвался помогать накрывать на стол и резать хлеб.

За ужином нахваливал мои кулинарные способности. Отметил, что такого вкусного мяса не едывал давно. Но..

Отметил, что сам тоже любит и умеет готовить. Что, собственно, утром с успехом и продемонстрировал.

– Назар, дадите рецепт такого вкусного и высоко омлета. Сколько не пытаюсь, у меня все равно пышность опадает после выключения плиты, – воскликнула я, увидев дырчатый сливочный пласт высотой сантиметров семь.

– Нет. Не скажу…

Улыбнувшись, подмигнул Назар и игриво помахал своими густыми и длиннющими ресницами.

– Вы вот прямо такой жадюга…Да? – насупилась я в ответ.

– Дело не в этом. Просто у человека должно быть всегда что-то уникальное. Ну то, чем он может удивить, – совершенно спокойно сказал Орлов.

– Понятно. Не буду выпытывать ваш секрет, Назар.

– Хорошо. Но…Если Ты, Муза, захочешь вкусного и красивого омлета, то позвони мне, – снова озорно сверкнул ямочками Орлов.

В ответ лишь кивнула головой, решив для себя, что конечно не стану беспокоить целого генерала из-за какого-то омлета.

После вкусного завтрака, приготовленного Назаром, я быстро собралась, и мы поехали в город через посёлок Орлова.

– Муза, пока я буду переодеваться, ты можешь кофе выпить.

– Спасибо, я Вас на улице подожду. Сегодня хорошая погода. Грех не воспользоваться и не подышать воздухом, – вежливо отказалась я, потому что мне совершенно не хотелось провалиться в деструктив вчерашнего дня.

Орлова не было чуть больше десяти минут. Я в это время успела обойти вокруг дома и осмотреть довольно таки запущенную территорию с разросшимися растениями, покосившейся беседкой в японском стиле, выцветшей и обветшавшей детским городком. Кирпич стен некогда стильного дома тоже начал осыпаться. В некоторых местах появились трещины, и их облюбовал дикий плющ.

Представив на месте этого дома наш, возвращаясь к машине, я приняла решение о продаже нашего бывшего семейного гнезда.

“Нечего жалеть, Муза, разбившуюся тарелку, – поддержал меня мой реалистичный взгляд на вещи. – И городскую квартиру и клиники тоже надо продать. В конце-концов, как сказал Карпович: “Откроешь свой стоматологический кабинет и будешь работать, чтобы квалификацию не потерять”

Вспомнив слова Дениса, опять разозлилась на экс-мужа, потому что чья бы корова мычала, а его так точно должна засунуть язык в одно место и помалкивать.

Оценив все риски, я наметила план по оценке, разделу и продаже бизнеса. Только вот взволновал меня вопрос: когда Карпович подаст на развод?

Интуиция мне подсказывала, что Денис Борисович торопиться не собирался и не будет спешить, потому что прагматик.

Это любовница думала, что я от него завишу и потому не отпускаю из семьи. Хотя…

Денис в этом тоже был уверен.

Вывод я сделала из его же слов: “Музка, ты без меня полный ноль. Пойдешь против, останешься на бобах. Одна ты стоматологию не вывезешь. Устанешь отмахиваться от проверок. А их будет очень много… Так что думай! Хорошо думай! Отдаешь мне клинику, я помогу тебе с терапевтическим кабинетом. Даже оборудование полностью передам… Есть еще вариант… Все остается, как есть. Для всех мы - семья! Но… Бизнес общий. Личная жизнь у каждого своя. И не надо морщиться. Так многие состоятельные люди живут. У меня лишь одно условие: ты радикально решаешь вопрос с беременностью…”