Книга Звезда полковника Грома, страница 24 – Мара Евгеника

- Куколка, на твою ножку размером как у настоящей золушки можно и двадцать штук в детском мире купить. Что я и сделаю, если ты сейчас не определишься с моделями, - фырчал, сидя рядом со мной с планшетом Родя. - Посмотри, а эти тебе нравятся?

Когда Грому надоело смотреть на мое кривое лицо, он просто взял и заказал то, что ему самому приглянулось.

Из десяти пар, что привезли на примерку. Мне понравились три, но, посчитав свои наличные деньги, я решила купить только одну. Это было вечером. Однако…

Утром, когда проснулась, около моего матраса на полу я увидела еще две пары из тех, от которых отказалась накануне.

Сверху на коробках лежал новый модный телефон и записка размашистым и неразборчивым почерком: “Носи и пользуйся с удовольствием. Мой номер уже в контактах. Улетел в командировку. Даты возвращения не знаю”.

Пока прибираю в кухне, завершив приготовление борща на обед и сырников на завтрак, несколько раз посматриваю на телефон.

Меня прямо распирает от желания сделать Грому приятное.

Выкладываю три румяных творожных кругляшка на тарелку, сбоку делаю белую сметанную запятушку. Под снимком внизу печатаю: “Полезное и вкусное блюдо на утро!”

Перед тем, как нажать на отправить, взвешиваю все “за” и “против” и оставляю фотографию в черновиках.

Тяжело вздыхаю, потому что таких неотправленных сообщений в моем телефоне скопилось много.

С мыслью, что я трусиха, ложусь спать. Засыпаю быстро. В этом мне помогает релаксирующая музыка.

И снится мне море, на котором я была несколько раз в детстве.

Я снова с папой и мамой. Она веселая и жизнерадостная читает нам с отцом свои стихи.

Неожиданно набегает туча, начинается ливень со шквальным ветром. Мы бежим вперед, а нас все сносит назад. И тут…

Раздается ужасный грохот, и в дерево бьет молния.

Папа отталкивает нас с мамой. Мы летим с ней в порыве ветра.

Я с криком: “Папа!” - оборачиваюсь назад и вижу, как на него падает огромный ствол.

И снова раздается грохот и у меня перехватывает дыхание. От страха.

А еще от того, что мое горло сжимает горячая большая рука…

Я резко распахиваю глаза и, задыхаясь, хриплю еле слышно: “Ты!”

* * *

Гром, смотрит внимательно. Прижимая меня к постели весом своего тела, не позволяет мне даже дернуться и продолжает сжимать мою шею своей ладонью.

Я сиплю и задыхаюсь.

В момент, когда начинаю видеть разноцветные вспышки, Гром ослабляет хватку пальцы.

Делаю маленький глоток воздуха и слышу его голос:

— Что, Куколка, не приятно, когда дышать нечем?

Не в состоянии ответить, киваю быстро головой и моргаю глазами, словно говорю: “Да!”

— Я тебя предупреждал о том, что тебе может грозить опасность?

Снова моргаю и чувствую, как по моим щекам катятся слезы.

— Велел тебе держать дверь спальни закрытой?

В очередной раз повторяю свой жест.

— Усвоила урок, куколка? Или все же хочешь увидеть лицо зверя?

Качаю головой отрицательно и хлюпаю носом.

— Хорошо, Мила! Надеюсь это первый и последний урок, который я тебе преподал по основам безопасности жизни, - говорит Родион, убирает свою руку с моей шеи, встает и идет на выход из комнаты.

Уже около самой двери оборачивается и снова внимательно смотрит на меня.

— Милочка, ты - молодец! Моя холостяцкая берлога с твоим появлением стала похожа на место, где хочется жить.