Книга Маша и Медведь. Эророман с пирожками, страница 20 – Мара Евгеника

Аккуратно убираю ладони с его широченной и совершенно каменной груди.

Руки меня слушаются плохо, потому что дрожат.

Правой пытаюсь соединить полы халата, но тут же слышу рык: “Нет!”

Левой смахиваю мокрые кудри с лица.

И снова непроизвольно провожу языком по верхней губе, чтобы убрать соленую влагу.

Не понимаю, какую игру со мной затеял Медведь. Но…

У меня складывается какое-то совершенно удивительное и дурацкое чувство, что я попала в фантастический и сумасшедший мир, где всё дозволено.

— Хочешь сказать, что ты никогда?.. - начинает говорить Михаил, пристально глядя на меня с гримасой недоверия. - Ты, значит, еще никогда и не с кем?..

Вопрос Медведя повисает в воздухе.

Мы оба молчим, загнанно дыша и сверля друг друга взглядами.

— То есть, ты никогда? - продолжает настаивать Михаил. - Никогда даже не целовалась ни с одним парнем?

— Никогда, - выдыхаю со стоном и в подтверждение своих слов качаю головой из стороны в сторону.

— Прекрасно! - говорит Медведь и наклоняется ко мне.

Чем ближе ближе становится лицо Михаила, тем больше на меня накатывает паника. Но…

Ни это самое страшное, а металлический звук пряжки ремня и вжик собачки молнии его брюк.

— Посмотрю, на самом ли деле, ты не знаешь, как это делается, - произносит “топтыгин”, пожирая меня глазами.

От мысли, что сейчас в этом кабинете, совершенно в неподходящей обстановке, в моей жизни может произойти таинство, о котором бабушка рассказывала, как о волшебстве, на меня накатывает настоящий ужас.

В попытке хоть как-то повлиять не ситуацию, я начинаю отчаянно шарить руками по столу.

Ладонью нахожу блюдо с выпечкой.

Пальцами хватаю то, что попадается первым.

— Может все же отведаете пирожок? - выдыхаю со стоном и сую ему в рот золотистую лодочку с красиво заплетенной косичкой по верху.

В этот момент раздается звук открываемой двери.

Мы оба одновременно поворачиваем головы в сторону звука и видим в дверном проеме Ивана Михайловича.

Не знаю, какие мысли пролетают в мозге МихМиха, но я лично думаю о том, что могу паковать чемодан и покупать билет на самолет…

Все дальнейшее происходит словно в замедленной съемке черного-белого кинофильма.

Увидев Ивана, веду себя ровно, как в детстве.

Закрываю левой ладонью глаза. Только что не кричу: “Я в домике!”

Правой - пытаюсь разметавшиеся полы халата запахнуть, но разъехавшиеся в стороны груди не дают мне это сделать.

Безрезультатно стараясь, правой стянуть ткань вместе, через пальцы левой подсматриваю за происходящим.

Пытаюсь понять, как бы мне сползти со стола под него. Ну, и там отсидеться, как в домике.

Вижу, как Михайло вынимает пирожок из рта и с рыком поднимается с меня.

“Бурый мишка” совершает два резких движения.

Первым - свободной рукой подхватывает с кресла пиджак и накрывает меня им.

Вторым - делает шаг вперед и закрывает стол своей широкой спиной.

Я быстро сползаю на пол, натягиваю на плечи огромный пиджак “топтыгина” и наблюдаю за молчаливым поединком двух Медведей.

Михаил, оттесняя брата, становится так, что у меня появляется возможность, обогнув стол с другой стороны проскользнуть вне зоны глаз братьев.

Что я успешно и делаю.

И даже незаметно вышмыгиваю за дверь и без шума прикрываю ее.

Тихо на цыпочках, забыв как дышать, бегу по коридору к лестнице.