Книга Маша и Медведь. Эророман с пирожками, страница 13 – Мара Евгеника

— А зачем отцу тебя женить, Потап? Он думает, что тебя серьезная жена заставит перестать балбесничать?!

— Машунь, ну чего ты?! Я же серьезно. У нас хорошая семья. Ты моим родителям понравилась. Мамка, так и сказала, ищи такую, как Маша. Ну, и! Зачем искать, если ты есть?! Поможем друг другу. Поженимся. От меня отстанут родители. А ты переберешься в столицу и откроешь здесь свои пирожковые. Будем жить каждый своей жизнью. А если получится, то может общей. Ибица, Мальдивы, Рио де Жанейро. Не жизнь, а сказка…

— Потап, мне твое предложение лестно…Только я вынуждена отказаться. Знаешь, считаю, что лучше быть королевой в деревне, чем оставаться золушкой при наследном принце. Извини, я устала. Мне отдыхать пора…

— Ой, скучная ты, Машка! Ой, скучая!

— Удачно, повеселиться, Балу!

— Почему Балу?

— Вай, как все запущено. Придется подарить тебе книгу Редьярда Киплинга "Книга джунглей" . Спокойно ночи, наследный принц!

Вспоминая о забавном разговоре с Потапом, я не знаю о том, что мне еще ни раз придется вести непростые разговоры с членами семьи Медведей

Я еще никогда так не уставала, как на этом баттле. Вымоталась на столько, что утром с день подведения итогов и награждения не могла проснуться и открыть глаза.

Мозг истерично сигнализирует, пора вставать. Но… Сил оторвать себя от постели нет никаких.

Даже веки разлепить не получается.

Мне кажется, если сейчас твердь земная разверзнется, и кровать вместе со мной начнет падать, то я не подскочу не побегу.

Сквозь марево сна слышу звонок телефона.

Если бы не бабушкин рингтон, то моя рука осталась бы лежать под щекой.

На автомате, приняв звонок, мычу в микрофон что-то нечлено-раздельное.

Из поверхность из царства морфея меня выдергивает взволнованный голос бабушки:

— Машунь, что случилось? Ты что заболела? Горло, простыла, отравилась? А может выпила чего? Маш, давай мы сейчас скорую тебе вызовем? Манюнь, но хоть слово скажи, - слышу в голосе бабули слезы, это меня и приводит в некоторое сознание.

— Все нормально, бабусь, просто не спала почти трое суток. Проснуться нет сил. Глаз не могу открыть…

— Фух, Марья, ну, слава Богу, отозвалась, - к слезам бабушки добавляется осерчалый голос деда. - Ты зачем нас так пугаешь, внученька? Васенька, тоже уже вторую ночь без сна, Маньша. Мы уже билеты собрались брать и лететь к тебе. Если бы не здоровье Васи, то давно бы уже рядом с тобой были.

Пока дед говорит, раздается настойчивый стук в дверь.

Я совершенно дезориентирована усталостью, сном и разговором с родными.

Ровно, как сомнамбула, сползаю с кровати и иду на стук.

По дороге к двери, мычу в телефон слова извинений.

Немного разлепив веки через пелену нахожу пупочку замка, щелкаю ею.

Понимаю, дверь открывается.

Вижу толпу людей и слышу звуковую какофонию. Разобрать ни слова не могу. Да и не хочу.

Мне безразлично все происходящее.

Прикрываю глаза и, опираясь на стену, снова проваливаюсь в сон.

И тут же из него неохотно выныриваю, потому что слышу знакомые голоса:

— Вау, вот это булочки у Маши. Сплошная сдоба, - пошло восторгается Потат.

— Иди топтыга. В глаз точно въеду. Не для тебя “пирожок сибирский”, - перебивает младшего Михаил.

— Хэм. Больная что-ли? Припадочная? Чего такая белая и вялая. Вдруг хмурь употребляет? Чую, проблемная - она, - басит старший Иван.