Книга Вишенка 45. Сильным трусы не нужны, страница 2 – Мара Евгеника

Выезжаю со двора своего элитного района под песню Стаса Михайлова “Женщина - вишня”.

Рулю, подпевая: “Женщина-вишня в самом соку. Твой поцелуй я забыть не могу. Взгляды ловлю на лету, на бегу. Твой аромат на губах берегу. В сердце своем твое солнце зажгу и от тебя никуда не сбегу…”

Для улучшения настроения и тонуса ещё и подтанцовываю Стасу.

На одном из движений попкой понимаю: трусики шёлковые надела зря. Слишком уж они подозрительно ерзают под узкой юбкой. Но…

Как говорится, красота и сексуальность требуют жертв.

“Ладно… Терпеть мне их не долго. Зато порадую Витьку. Он любит такую секси роскошь,” - думаю, посматривая на себя в зеркало.

Отражение мне мое нравится.

Без ложной скромности для сорока пяти выгляжу отлично. Лицо гладкое без следов взросления. Только в уголках глаз лучатся морщинки радости.

Улыбаюсь и подмигиваю себе.

Сладкоголосого Стаса прерывает звонок моего друга и партнёра - Владимира Ильича Ульянова.

Зная Вовку с первого курса юрфака, морщусь. Уверена, Уля звонит не с целью поинтересоваться моим здоровьем и настроением.

Скрипя сердцем, нажимаю на руле кнопку с телефонной трубкой.

— Надежда Крупская на проводе, – произношу серьезным тоном, корча в зеркало выражение лютого сарказма.

— Вишнева, приветствую категорически, - басит Ильич. – Дело есть...

— ВладИч, дела у прокурора, а у тебя делишки. У меня сегодня планы с грифом “Личная жизнь”. Я вчера говорила. Не включай склероз.

— Витька, какая личная жизнь с утра у женщины в сорок пять, когда ейный хахаль в командировке? Ещё одного завела что-ли?

— Не тычь мне возрастом и не суй своё жало куда не нать. И это у тебя с женой-майором следственного комитета и домашним детсадом нет личной жизни. А моя как раз сегодня прилетает…

— Ой, бля…Витька, и ты что прямо на кайен-кобыле летишь за свои жеребцом? Ахренеть.., – ржёт необидчивый Вован. – Вишня, ты ломаешь мой взгляд на деловых и успешных супервумен.

— Ну, и славно! Тогда до завтра, ВладИч.

— Вишнева, стоп! – строго восклицает Ульянов. – Реально дело на мульон. От Бражникова был человек – Клим Крысов. Оставил тебе записку с адресом и временем. Короче, ждут тебя.

Услышав фамилию Браги, понимаю: сказать слово “нет”, не могу.

А все из-за любимого Витеньки и его многоходовок. Из одной вытащить этого головотяпа удалось только благодаря Браге.

Вот теперь и исполняй команду “ко мне” по первому щелчку пальцев…

— Ладно, Володя, разберёмся. Адрес скинь, – отвечаю, тяжело вздыхая.

— Вот и молодец! Знаешь же, не кусай руку дающего. Текст записки уже в телеге.

Скидываю разговор без расшаркиваний.

Только собираюсь посмотреть сообщение, как раздается звонок с неизвестного номера.

— Слушаю вас. Говорите, – отвечаю коротко и чётко.

— Виктория Вольдемаровна, доброе утро. Я по заданию Льва Давидовича. Он просил, чтобы Вы отнеслись к его просьбе со вниманием. Ну, Вы меня понимаете, – звонящий говорит очень вкрадчиво.

Мужчина не представляется, но ему это и не нужно. Его голос я узнаю и без имени.

У меня от его тембра и вкрадчивости по позвоночнику бежит волна холода и на руках появляются мурашки.

И ведь я не замёрзла. Мне наоборот становится жарко.

“До чего противный помощник у Браги, - думаю, пока Крысов говорит. – Наверное, этому противному альбиносу никто не даёт. Хоть бы фамилию поменял…”