Книга Александр: линии судьбы, страница 238 – Кристина Ният

— Я откуда знаю, где ТВОИ носки?

Саша с шумом захлопнул ящик.

— Ты сидишь дома и должна следить за порядком. У твоего мужа нет чистых носков.

Когда беззаботные и веселые молодые люди становятся серьезными и педантичными? Вероятно, почти сразу после того, как создают семью.

— Что значит «должна»? Я никому ничего не должна! У тебя есть руки — возьми и запусти стирку. В чем проблема?

Саша рылся в корзине с грязным бельем, пытаясь найти носки. Проклятые носки. Они испортили мне все утро.

— Наверное, в том, что у меня всего один выходной и я не хочу тратить его на стирку. Пиздец, докатился.

Стало обидно. Может быть, он в чем-то прав, но я ведь не специально.

— Купи по дороге новые...

— Я так и сделаю! Лена, почему в квартире такой бардак?! Ты реально ждешь, что я буду убираться?

— Я плохо себя чувствую.

— Да? — он вышел из ванной злой, как пес. — Я не обращал на это внимания, когда ты каждый день ездила к родным на другой конец города. У тебя свой дом. Ты должна уделять внимание мне и следить за порядком.

— Прекрати меня учить! Что за мозготрепка с утра пораньше? Я сама знаю, что мне делать!

— Если еще раз такое повторится, я выйду из себя. Будь добра, приведи мои вещи в порядок.

— Я вообще больше не буду стирать твои вещи! В семье должно быть равноправие.

Саша рассмеялся.

— Никакого равноправия нет. В семье есть только мужское слово и женские обязанности.

— Иди ты к черту.

Саша ушел на работу, хлопнув дверью, а я от злости разбросала все его вещи по квартире и заплакала. Семейная жизнь — трудный процесс. Вы можете выйти замуж по любви или по расчету, но вам все равно придется прилагать одинаковые усилия, чтобы сохранить семью. На эмоциях я позвонила бабушке и нажаловалась на Сашу. Это было моей ошибкой...

Муж вернулся с работы поздно ночью и закатил грандиозный скандал. Я все убрала и постирала его чертовы носки, но, оказывается, ему позвонила бабушка. Она рассказала, что я считаю Сашу неблагодарным и сложным человеком, и он взбесился.

— Какого черта ты рассказываешь про меня родным?

Я покраснела. Саша продолжал кричать:

— Про постель ты тоже рассказываешь? Что за херня, Лена? Есть претензии — выясняй их со мной! Не нужно бежать и плакаться по углам, чтобы тебя пожалели!

— Я... мне нужно выговориться. Я устала.

— Отчего ты устала? От безделья? Лежишь сутками, ничего не делаешь, и я козел, потому что попросил тебя постирать носки? Ты не в себе.

— Это ты не в себе. Не повышай на меня голос!

— Не затыкай мне рот! Ты моя жена, и я обязан тебе доверять, но я не смогу это делать, если ты будешь стучать на меня кому попало.

— Кому попало? Это моя семья!

— Я — твоя семья!

— Ты ни во что не ставишь моих близких. Я не позволю так...

— Замолчи. Ты не права.

— Я все для тебя делаю и для твоих родных. Я миллион раз переступаю через себя, почему тебе так трудно один раз в жизни промолчать?

— Ты делаешь много лишних действий. Не нужно прыгать перед моей семьей. Я об этом не прошу.

Я достала из шкафа ящик с его носками и вывалила их на постель.

— Вот, доволен? Проверять будешь?! Ты же, оказывается, у нас за патриархат! Что ж ты сразу не предупредил, что я должна ходить перед тобой, как цирковая собачка?

Саша ушел на кухню, и что-то там грохнуло.

— Неужели так трудно засунуть язык в жопу? Я после работы. Нехуй меня долбать.