Книга Александр: линии судьбы, страница 227 – Кристина Ният

— Я скоро стану отцом...

Его рука замирает над вилкой. Денис — полная противоположность моего отца.

— Вот так новости! Как приятно, что ты сообщил об этом лично, спасибо, — его глаза становятся стеклянными, он неловко хлопает меня по руке. — Прости, все время забываю: ты не любишь прикосновения.

Я презирал этого человека за то, что он в свое время не рассказал мне правду, а вместо этого разыгрывал роль добродетельного папаши.

— Только вчера я узнал об этом сам.

Я отхлебнул кофе, пока Денис пристально меня разглядывал.

— Ты не выглядишь приятно удивленным.

— Чему радоваться? Я сейчас сам строю жизнь. Отец отказался от меня, я по уши в долгах... Что мне делать с ребенком?

Денис улыбнулся и покачал головой.

— Кровь сильнее воды, ничего не поделаешь. Если решишь отказаться от него, то доставь его ко мне в Ярославль. Я воспитаю.

Я хмурюсь.

— Мало одного меня, чужого?

— Ты не чужой. Эх, Александр, Александр, колючий мой человек.

— Почему ты... взял женщину с чужим ребенком?

Я никогда об этом не спрашивал, но этот вопрос мучил меня всю жизнь. Денис вытер губы салфеткой.

— А как поступить иначе, если в современном мире так много таких, как ты, папаш?

В моих глазах загорается огонь. Денис тоже прищуривается. Он любитель поучать, как и моя мать.

— Ясно. Благие помыслы.

— Да, можно и так сказать. Я хотел вырастить достойного человека. Хотел, чтобы ты никого никогда не оставлял, как Ветров, и с уважением относился к традициям семьи.

— Ты лгал мне всю жизнь...

— Ты воспринимаешь это как ложь, но для меня все было по-настоящему. Я не лгал, когда говорил, что ты мой сын! Хочешь — верь, хочешь — нет, я и сейчас считаю тебя своим ребенком.

— Выходит, у тебя отсутствует чувство собственного достоинства. С тобой плохо обошлись, а ты возводишь это в культ. На твоем месте я бы не общался ни с кем из Ветровых.

— Ты не на моем месте, Александр. Ты на месте того, кто отказывается от родного человека. Представь девушку... даже не девушку, а девчонку, тоненькую, как тростинка, которая приходит к тебе и, заливаясь слезами, просит на ней жениться. Ей некуда идти, у нее ни одного близкого человека, и внутри нее растет еще более беспомощный комок жизни. Размышляй я как ты сейчас, где бы оказалась твоя мама? Где бы оказался ты? Это ты сейчас большой и сильный, как лев, но я-то помню тебя другим...

Денис смотрит на свои ладони.

— Я мог бы сожалеть, что моя жизнь сложилась бессмысленно, что линии на моих руках оборвались, где неположенно, и все пошло под откос, но каждый раз, когда мне хочется сожалеть, я вспоминаю тебя, Александр. Это было ради тебя, и, глядя на сына сейчас, я ни о чем не жалею. Ты выжил благодаря мне, не Ветрову, а мне...

Становится трудно дышать.

— Отец обо мне не знал, — говорю я хрипло. — Он не оставил бы...

— Да? Разве вы не одной крови? Сейчас ты доказал как никогда прежде, чей ты сын. Будь ты моим, ты бы мыслил иначе!

Я поднимаю на него глаза, и у меня грохочет сердце. Я считал его неудачником, слабохарактерным подкаблучником... Но только сегодня я осознал, что он, Денис, — настоящий мужчина.

— Отец...

— Твой отец во всем лучше меня, — Денис улыбнулся. — Я знаю, сынок, знаю. Он действительно выдающийся мужчина. Гора мускулов, кулаки как булыжники и грозный голос, но в моих глазах он ничтожество, потому что оставил твою мать. Потому что за много лет так и не пытался ее найти, и тебя в том числе. Да, он все исправил, но начало было отвратительным. Его вина неочистима, и он это осознает.