Книга Дочка от сурового Волшебника, страница 46 – Ксения Фави

А у меня на утро прием. Я и сама изо всех сил стараюсь быть в адеквате. Пациентки не виноваты в моих проблемах, у них самих важнейший этап в жизни.

Но вроде бы я в норме, и никто не жалуется. Коллеги же выражают сочувствие. Некоторые хотят позаботиться. Типа нашего добродушного начмеда и… Романа. Анестезиолог заглядывает ко мне в первое же окно между приемами.

— Сегодня я обязан проследить, чтобы ты поела, — ободряюще улыбается он.

Ох, лучше б он обиделся.

— Ты же знаешь, я всегда забочусь о своем здоровье. Иначе просто не выдержу. И обед я обязательно съем. Можешь не беспокоиться.

Рома проходит в кабинет. Усаживается на стул для пациенток.

— Знаю, — кивает он, — при твоих нагрузках по-другому никак. Но сейчас у тебя непростые дни. И сама ты в последнее время изменилась.

— В каком смысле? — искренне удивляюсь.

Вот это новости!

— Странно, что ты подписалась на этот проект по благотворительности.

— Почему же? — мне снова непонятно. — Думаешь, не в моем характере помогать людям?

Рома поднимает ладони в мирном жесте.

— Ты меня неправильно поняла, — уверяет он, — я как раз имею в виду твою загрузку. Работа, маленький ребенок. И другие жизненные трудности никто не отменял. А проект требует сил и времени.

Вздыхаю.

— Ну, доля правды в твоих словах есть. Но там для меня не будет рамок, обязаловки. Есть целый фонд с штатными сотрудниками. Я всего лишь консультант. На таких условиях я согласилась.

— Просто отлично! — Рома вроде рад за меня. — Я мог бы и сам догадаться. Вы неплохо общаетесь с главным спонсором.

Вот какую тему решил пробить коллега.

— Да, мы нормально взаимодействуем, — не вдаюсь, конечно же, в подробности.

— Он знает, что у тебя есть ребенок?

От такого вопроса у меня расширяются глаза.

— Какое это имеет значение?!

Роман некоторое время смотрит в окно. А я пристально уставилась на него. Неужели и этот сейчас заведет разговор о прицепах?

— Ты ездишь в командировки по его делам. Вечерами наверняка отрываешь время от дочки.

— Ром, говори прямо! — щурюсь.

Коллега снова выдерживает паузу.

— Лично мне все равно, есть у девушки ребенок или нет, — признается он, — главную роль играет то, какая она сама. Но думаешь, для Керна тоже нет различий?

— А чем он отличается от тебя?! Две руки, две ноги, голова.

— И куча бабок, — поднимает брови Рома, — Оль, мы с тобой не первый месяц знакомы. Поэтому я пришел поговорить прямо. Не хочу, чтобы ты обожглась и вообще перестала доверять мужчинам. После отца Дашки тебе нужен реально надежный вариант.

— Как швейцарские часы? — смеюсь и качаю головой.

Знал бы Рома, кто отец Даши. Впрочем, хорошо, что он хотя бы беззлобно мне все это говорит. Да и не врет, скорее всего.

— Тебе нужно забыть ущербное прошлое.

Ох, прошлое проникает в мою жизнь все больше. И с виду оно совсем не ущербно. А вот внутри… Хочется верить, и там оно станет полноценным. Это я сейчас сама себе призналась, что хочу быть с Керном? Да уж, Ромочка явно ожидал не такой эффект!

— Ром, тебе бы психологом быть. Не хочешь поменять квалификацию?

Коллега строго хмурится.

— Мне и на своем месте нормально. А ты подумай над тем, что я тебе сказал.

— Уже, — не вру, — прости, у меня через три минуты пациент.

Тут тоже говорю правду. Одна из моих беременяшек уже наверняка сидит в коридоре на диванчике.