Книга Родить наследника для незнакомца, страница 58 – Ксения Фави

Сдерживаю стон, вернее, просто топлю его в глубоком мужском поцелуе. Язык Горского врывается в мой рот, как хозяин, которого давно не было дома. Теперь он хочет ощупать каждый уголок, вновь установить свой порядок. Господи, я забываю обо всем на свете! Даже низ живота теплеет, и тело словно не помнит, что пережило всего неделю назад. А кожей через трикотажную тунику я, кажется, ощущаю его эрекцию. От самого факта, что я для него желанна здесь и сейчас, меня охватывает экстаз.

— Саша… - с моих губ слетает шепотом его имя.

Он снова и снова ласкает меня сильными губами и языком. Мы словно оторваны от мира, но наша вселенная напоминает о себе. Сквозь пелену наслаждения слышу плач дочки. Тихий писк быстро переходит в требовательное – уа-уа! Саша отрывается от меня, вижу его улыбку. Она немного вымученная, но мягкая.

Его руки подрагивают на моих щеках, глажу их от запястий к пальцам.

— Пока… рано, - не знаю, как выразить свои мысли и чувства.

Физически мне рано бросаться в близость, но морально я сейчас была на все готова. Не знаю, может, мозги не до конца встали на место, но я даже ругать себя за эту слабость не могу. Да что там, поцелуй кажется вполне естественным завершением этого дня и вечера.

Саша только качает головой и дарит мне чмок. Мы зависаем на несколько секунд во взглядах друг друга. Даже Ками перестает плакать и лишь недовольно кряхтит в сторону своих родителей.

— Иди к себе, тебе нужно отдохнуть перед работой, - отмираю.

— Если что, я рядом, Рыжик.

Он еще раз медленно целует меня в висок. Господи-боже! Пошатываясь, иду в сторону дочки.

***

Александр

Я понятия не имел, как закончится сегодняшний день. Но что финалом его будет стояк, предположить не мог и в порядке бреда. Однако стерлось все, осталась лишь трепещущая рыжая малышка в моих руках. Она может родить хоть пять детей, но для меня останется хрупким и сексуальным созданием. Пару минут назад я это понял железно.

В таком же твердом состоянии находится мой член, когда я скрываюсь в своей спальне. Как я там сказал – пойду в душ! Вот! Именно то, что мне сейчас нужно. Снимаю одежду, вход в санузел есть из спальни. Покачивающаяся плоть ноет болезненно и одновременно приятно. Однако об удовольствии пока можно забыть. Между мной и Марьей образовалась нехилая проталина, погода отношений потянула на плюс. Но Марьяна только выписалась из роддома…

Шагаю под струи, включаю холодней. Встряхиваюсь, как зверь. Черт, сейчас не время простужаться, хоть я и не сопливлю от малейшего холода. Зачем-то думаю о своей личной жизни, которая после той ночи в отеле превратилась в то… В общем, где-нибудь в студенческой общаге меня за такой образ жизни точно бы засмеяли. Но меня банально воротило от… других.

Отключаю воду, ладонью вытянутой руки опираюсь на стенку душевой. Прочищаю легкие глубоким вдохом. Выдох. Перед глазами стоят ее зеленые омуты. Когда она закрывала их перед поцелуем, в них плескался шок. Открыла – они через край были полны желанием.

Прикусываю согнутый большой палец, чтобы прогнать изо рта ее вкус. Но он отпечатан где-то в глубине сознания. Ее запах, сдавленные стоны. Рука ложится на член, я выдавливаю из себя жгучее желание. Которое не может получить нормальный выход… Пока.

После водных и лечебных процедур сразу вырубаюсь. В остальном день прошел логично и хорошо. Впрочем, что может быть естественней моего стояка на Марью? Выкидываю все из головы, забываюсь. Не знаю, через сколько часов просыпаюсь от далеких звуков. По-моему, плачет дочка.