Книга 5 желаний босса, страница 3 – Ксения Фави

Старушка вскинула брови.

— Вот как? Боишься не справиться?

Она перешла на ты, чем еще больше расположила к себе.

— Не с обязанностями, – я почти всхлипнула, – просто будущий босс славится приставаниями к своим помощницам.

Я не стала называть вещи своими имена в разговоре с человеком преклонных лет. Однако старушка все же была в полном шоке. Она только беззвучно открывала и закрывала рот. Ну вот, разболталась я! Делу не поможешь, а собеседнице еще вдруг станет плохо. Но бабушка взяла себя в руки и криво улыбнулась.

— Спасибо, дорогая, дальше я сама.

Отделалась от меня и бодро зашагала к воротам. Я усмехнулась, никому не нужны чужие трудности. Еще раз взглянула вслед незнакомке – с ней было все в норме, она уже разговаривала по мобильному.

— Олежек! Да я ушла, сколько можно ждать. Завтра чтобы обязательно заехал ко мне после тренировки! Мне срочно нужно с тобой поговорить!

Как многие старые люди, женщина говорила громко. Я на автомате послушала обрывок чужой беседы, поежилась и шагнула в двери.

— Привет, мам!

— Здравствуй.

Мама, толком не взглянув на меня, медленно прошла из кухни в гостиную. Я проводила взглядом ее худощавую фигуру – бессменный коричневый халат, тапочки и браслет на щиколотке, к которому я, наверное, никогда не привыкну. Вот уже два года моя мать – домашняя арестантка, обвиняемая в экономическом преступлении.

— Я приготовлю ужин, – сообщила я ей, на что получила равнодушное молчание. Так изо дня в день.

Помыла руки, переоделась. Есть после смены хотелось нестерпимо, в кафе я старалась не бегать второй раз, если работала не в ночь. Дотерпеть до дома экономнее. Сейчас закину картошку вариться, помну в пюре и к нему погрею сосисок. Да, еще салат порезать можно, пока еще на свежие овощи не взвинтили цены. Из головы так и не выходил диалог с боссом. Интересно, он будет отпускать меня вечером? Не станет вызывать на ночь?

Чисто теоретически я могла бы отказаться от смены должности или, в конце концов, уволиться. А вот на практике с такими поступками были проблемы. Лишиться этой работы для меня было равносильно смерти – голодной, а еще холодной, если не смогу больше оплачивать коммуналку. Немного утрировано, но недалеко от сути. С биографией моей родительницы мне не удастся устроиться никуда.

Мама все время работала бухгалтером, и, даже когда они развелись с отцом, мы неплохо жили. Когда я поступила на экономический факультет, ей предложили должность главбуха, на которую она с радостью согласилась. Перед женщиной маячила цель – выучить дочь. А еще она мечтала о домике вблизи теплого моря, куда уедет на пенсии, оставив этой самой дочери квартиру. Ну и жить в старости она хотела не на дотации от государства.

Ее начальник начал активно подбивать ее на риск, спорные дела. Денег стало больше, цели ближе. Но в один не самый прекрасный день шеф сбежал за границу, повесив на маму крупное мошенничество. Найти его до сих пор не удалось, главный бухгалтер понесла наказание. Вот так я стала дочерью уголовницы.

Из банка, где я планомерно делала карьеру, меня тут же попросили под благовидным предлогом. И начались долгие поиски работы с возможностью устроиться лишь на самые низкие ступени. Вернее, это были даже не первые шаги по лестнице, а просто неквалифицированный труд. Изнуряющий, а что самое плохое – малооплачиваемый. А денег требовалось много – на жизнь, на лекарства, мама от нервов и малоподвижного образа жизни начала болеть. Ее счета арестовали, накоплений не было.