Книга Мачеха для дочки снежного короля, страница 59 – Ксения Фави

— Ты и так здесь, - ответила я.

Он мотнул головой.

— Жить с тобой, - сказал он,-находиться рядом всегда.

Глава 17

Меня охватила дрожь, и я приникла к нему ближе.

-А как же Ляля, Есения?..

Ник прижался щекой к моей щеке.

— Мне кажется, ты думаешь о моей дочери больше, чем родная мать, - прошептал

он.

Я лишь растерянно молчала. Мужчина приподнялся на локтях, его лицо оказалось

сверху.

-И мне ты очень, очень нужна.

Он принялся целовать мои щеки, отрывисто касаться губами губ.

— Моя хорошая, моя... Моя...

Ледянский ласкал меня, шептал волнующие слова. Я тоже скользнула руками к его

шее, затылку.

— И я хочу быть с тобой. Больше жизни.

Я не могла врать. Все эти недели я изнемогала от страсти, от нежности к этому

мужчине. Не смела даже задержать на нем взгляд, не то чтобы признаться в

чувствах. Но сейчас он здесь, со мной. Родной, теплый, ласковый. Он нуждается во

мне, и я не уступлю его никому.

Ник вновь соединил наши губы. Его ладонь легла на мою грудь, теплые пальцы

чуть сжали сосок. Я застонала, руками скользнула по его позвоночнику. Ощупала

бедра, живот. Мужчина тяжело дышал, не разрывая глубокий поцелуй. Ладонью я

почувствовала горячую бархатистую плоть, погладила, очертила пальцами. Так

нравилось касаться его. Слышать сдавленный стон.

Он приподнялся, достал еще одну резинку, надел. Развел мои бедра, сжимая

ягодицы. Притянул к себе, вошел. Медленные, ритмичные движения. Теперь мы

смаковали близость, со стонами выдыхали после каждого толчка. Я ощущала, как

он наполняет меня. Любовалась сильным телом в капельках пота, сходила с ума от

его запаха. Окончательно понимала и верила—он здесь, он мой.

Мы кончили в унисон и еще долго переводили дыхание. Не хотелось ничего больше

говорить. Казалось, все и так понятно, уже решено. Мы не сможем друг без друга, и

остальному миру придется лишь смириться. В переплетенье тел мы сладко уснули

до утра.

Никита

Мне было неловко, что я умудрился уместить в одни сутки весь конфетно-букетный

период и первую близость. Но мне не терпелось, наконец, хочу от слов перейти к

каким-то действиям. Да и просто окружить Еву позитивом. В последнее время мы

только и делали, что преодолевали трудности. А впереди еще более нелегкий путь.

В последние дни у колыбели дочери я много думал и пришел к выводу, что

правильнее всего будет строить семью с Евой, Тасей и Лялькой. В Еве я внезапно

нашел самую желанную женщину и родную душу. С Таськой мы стали лучшими

друзьями, и я с удовольствием буду выполнять все функции ее отца. Моя же

малышка... Ляля совсем не нужна родной матери.

После откровенного разговора, который перешел в разборки на повышенных тонах,

Есения толком ничего мне не сказала. Она твердила лишь, что я сошел с ума. Что

обманул ее. Я был готов позволить ей остаться в особняке с дочерью. Но Еся

побыла там только день, практически не выходя из комнаты. К дочке она не

заглядывала, потом и вовсе уехала прочь. Сказала моей маме, что сделает дела в

городе и переночует у родителей. Ошеломленная матушка не перечила. Если я

отдам Есении Олю, а сам стану «воскресным» папой, дочь вообще не будет видеть

внимания родных. Это не говоря о том, что Ева надышаться на нее не может. Ляля

-девочка, я хочу, чтобы она знала женскую заботу и ласку.

ВечерсЕвой, а потом и волшебная ночь, придали мне сил. В конце концов, если бы