Книга Ошибочный тест на отцовство, страница 24 – Ксения Фави

Мама говорит о своей кондитерской.

— Народ в любое время года хочет набить живот, – усмехается отец.

Маменька фыркает.

— На себя посмотри! Это тебе повезло, что не полнеешь.

Отец только покрякивает и кусает хрустящую выпечку. Я тоже молчу.

— А у Ереминых внучке первой годик. Так Анна двухъярусный торт заказала! Не поскупилась. Ой, я, наверное, каждый месяц буду такие делать, когда у нас появится малыш!

В голосе матери восторг. А я громко закашливаюсь. Сухие крошки от хвороста царапают горло, глоток чая его обжигает. Мне не хватает кислорода. Какой еще малыш?!

— Вон, еще первого не вырастила, – усмехается папа.

А я даже не могу его одернуть. Мне бы хоть вздохнуть.

— Ой, Костик, Костик! Сейчас водички принесу…

Так, с меня хватит. Отметился. Поднимаюсь на ноги. Выпечка наконец прекращает свою пытку и комом падает внутрь меня.

— Кхм, мне пора.

— Подожди, я тебе с собой соберу!

Если бы не Лина, не ждал бы. Но внутри нелогичное и сильное желание порадовать девчонку. Почему–то уверен, домашнюю выпечку она не ела давно.

Пока мама хлопочет, накидываю в прихожей куртку. Из гостиной показывается папа.

— Что это ты стал таким нежным…

— Отец! – перебиваю. – Хватит! Ты, может быть, не согласен, но я – вырос! Я многое прошел и… Сейчас у меня хватает дел. И мне есть чем заняться, а не выслушивать твои замечания. Я взрослый человек!

Мат себе не позволяю, а может, и хотелось бы. А вообще… Хотел же выноса мозга? Но почему–то не становится легче.

— Данилову позвони, – скупо роняет папа и уходит назад в большую комнату.

Мама появляется с бумажным пакетом.

— Держи, сынок. Я как–нибудь заеду.

— Мам, не надо пока приезжать.

Такое чувство, что я приехал поссориться с родителями. Но мама более гибкая. Хлопает ресницами.

— Ты не обиделся? Или что? – она с любопытством щурится.

"Или что" сейчас, наверное, катает коляску вокруг дома.

— Ма, все норм. Я если что сам забегу.

Мама качает головой. Всплескивает руками.

— Вот, уже забежал! Ну как скажешь. Пока–пока.

Она тянется, чтобы чмокнуть меня.

Прощаемся. Спускаюсь во двор. На фоне последних событий моей жизни препирания с отцом – не сильный удар. Да они и не в нове. Просто вскипело раздражение.

Впрочем, ссорились мы и раньше. Но сегодня внутри поднялось сильное желание отстоять свои границы. Дать понять раз и навсегда, что я не маленький ребенок. Казалось бы, после службы такая тема вообще не должна стоять. Но почему–то именно после того, как мне предъявили сына, я окончательно осознал свою взрослость. Хоть и сын по итогу оказался… не моим?..

В дороге обратно включаю музыку погромче. Хочется приехать домой совершенно спокойным.

И у меня получается. Только дома кое–что заставляет пульс встрепенуться.

Захожу, в особняке тишина. Во дворе и возле я тоже не заметил Элину с мелким. Наверху? Или… все–таки она решила уйти? Не знаю, почему именно эта мысль лезет в голову. И коляска стоит вон в углу прихожей.

Прохожу в гостиную. Вопрос снят. Вон они, мои гости – оба прикорнули на диване.

Лев на какой–то подстилке с мягкими, набитыми ватой краями. Ближе к спинке широкого дивана. Элина с краю. Лежит на спине, одна ладошка на животе, другая рука согнута и схватилась за подушку. Я присаживаюсь у девушки в ногах.

Думаю, сейчас проснется. Но Лина очень крепко спит. Даже не вздрогнула. Только вздохнула глубоко и пошевелила губами. Мой взгляд впивается в них.