Книга Училка на все руки. Дисциплинирую вашего папу, страница 34 – Ксения Фави

— И она баловала вас вкусняшками? На бабушек это похоже, - Степан усмехается, - представьте, в одно лето я за месяц у бабули набрал семь килограмм! Нехило для десятилетнего ребенка. Хотя я высокий был… Но все же родители охренели, когда вернулись с юга. Папа тут же отдал меня в спорт.

Улыбаюсь. Нравится мне, когда он про себя рассказывает.

— Мы с Петькой всегда были дохликами. Такая проблема не стояла. И каким спортом вы занялись?

— Да я и до этого на разные секции ходил. А тут плотнее занялся самбо и еще восточными единоборствами. Там и дух тренировали, и прививали аскетичный образ жизни. Не жрать учили, что попало, если кратко.

Он снова смеется.

— Это вы там стали таким.… уравновешенным? - поднимаю брови.

— Да я всегда, - Строганов задумывается, - таким был. Не любил всю эту суетологию. Когда торопят, лезут под руку. Это брат у меня живчик.

— Младший брат?

— Да. Но у нас разница всего три года. С сестрой, кстати, тоже, но она старше. Ей в детстве хватало мороки с нами двумя. Может, потому она так любила все школьные факультативы, мероприятия и закончила ее с золотой медалью. Сбегала от нас в школу.

Строганов улыбается, я таращусь.

— Да?

— Это шутка, - Степан смеется, - Люся умная сама по себе. Прекрасный хирург. Хотя по ее виду вы не скажете – метр с кепкой. Единственная похожа на деда по маминой линии. Он был, ну дико низкорослый для мужчины. Зато такой деловой. Предпринимательская жилка у нас с братом в него.

Строганов делится со мной историей своей семьи. Мне приятно, и…. Я тоже что-то должна рассказать о себе?

Степан, видимо, подумал о том же.

— А у вас из родни только брат? - спрашивает осторожно.

— Нет, - мотаю головой, - есть еще тетя Наташа и ее муж.

— Двоюродные братья или сестры?

— Нет. У тети нет детей. Она только нас вырастила.

— Хорошая женщина?

— Не то слово! Хоть и с характером.

Смеюсь.

— Ну.… - Строганов смотрит мне в глаза. - Это у вас семейное.

Мои брови взлетают! Про что это он?!

Но не успеваю ахнуть, как сзади раздаются голоса девчонок. Они присоединились к нам.

Марианна впереди с загипсованной кистью и в милом домашнем платьице из розового трикотажа.

За ней Агния в черной футболке и трико. Ворчит.

— Говорила же, еще не сварилось.

— Но я голодная, как волк!

С умилением смотрю на своих учениц.

— Уже, наверное, готово. Сейчас посмотрю.

Картошка и правда сварилась, пока девочки переодевались, и мы болтали с их отцом. Она ведь молодая и мелкая.

— Давайте, помогу слить.

Строганов не остается в стороне на кухне. Это подкупает.

Или ему просто неудобно, что я готовлю для его дочерей. Это же, мягко говоря, не входит в обязанности репетитора.

Боже, зачем я думаю о таком вообще? Помог и помог.

— А почистить? - распахивает глаза Агния, когда я ставлю большую прозрачную миску с картошкой на стол.

— Каждый сам себе, - пожимаю плечами, - или можно так есть - кожура чистая и очень нежная.

— Бабушка чистит, - говорит Агния, - поливает маслом, а потом посыпает зеленью или жареным луком.

— Мы тоже так иногда делаем, когда начистим вместе с Петькой. Хотите, сделаем сейчас? Тем более, у Мари гипс…

Но Марианна уже закидывает картошку в рот. И говорит с набитым, прямо как папа.

— Нет! Я щищас готова есть с кожуфой!

— Я тоже так поем, ни к чему лишнее масло, - морщит нос Нюша.