Книга Враг отца. Замуж за долги, страница 49 – Галина Колоскова

— Ты говорил про тишину. Со мной её не видать… — Она отодвинулась, заглядывая в нахмуренное лицо: — Зачем я тебе такая? — и замерла, ошалев от первого проявления искренних чувств.

Паратов целовал заплаканное лицо, слизывая солёные капли. Осторожно. Чуть касаясь губами. Без проявления страсти, но давал именно то, в чём нуждалась сейчас. Ласка старшего на пару десяток лет друга. Уверенного, сильного, готового прикрыть стеной своих плеч от бед.

Он прижал её к гулко бьющемуся сердцу, обхватил крепкими руками и проворчал хриплым голосом:

— Только ты и нужна… — После глубокого вздоха вдруг выдал: — Не понимаю, чем взяла. Впервые за много лет.

Она шмыгнула носом, всхлипнув в этот раз по другому поводу:

— И ты мне…

Большие руки сжались сильнее. Поцелуи в макушку. Он не терзал пухлые губы, не сжимал грудь ладонями. Никаких проявлений страсти. Это внушало доверие. Арина прижалась к крепкому телу, позволив себе расслабиться.

На сердце стало легче, чувство беды отпустило. Не существует проблем, что не сможет решить Паратов.

Они просидели, обнявшись несколько минут, пока Арина полностью не успокоилась. Два подранка. Взрослый и молодой. Преданные, оклеветанные, обворованные друзьями и самыми близкими людьми. Вздыхая каждый о своём, понимая друг друга без слов.

Вместе залечивать раны проще.

— Куда мы теперь? — Арина задрала голову, заглядывая в карие глаза.

— Поездка в клинику откладывается… — Чёрная бровь взлетела вверх: — Потерпишь?

Уверенность, скажи она нет, мне очень больно, и он отбросит любые дела.

— Конечно… Выпишут мазь и физиопроцедуры? — Как же она не любила врачей.

Демид пожал плечами, мыслями находясь в другом месте.

— У Давида отличные специалисты. Решат, как лучше.

— Так куда?

— Сейчас узнаем. Жди! — он вышел из остановившегося «Мерседеса» и пересел в «БМВ».

Арина снова укуталась в плед. Проявление нежности не означало изменения протокола.

Паратов сел на заднее сиденье рядом с вжавшейся в угол журналисткой.

— Ну, что, кукла, будешь говорить, где взяла информацию, или посидишь в подвале пару дней?

— Вы не посмеете, там были свидетели! — она затравленно переводила взгляд на мужчин в машине, выискивая поддержку. — Редактор знает, что я решила задать вам уточняющие вопросы.

Паратов скривился. Он отлично читал людей. Девка врала. Все знают, что он сделает, а что нет. Это «не посмеешь» слышал в чёрт знает который раз. Выкупить издание, на которое тварь работает и закрыть.

В душе всё кипело. У журналистки флешка с записью. Кто и когда успел передать?

— Уже сделал! Тебя забрал неизвестный, которого я решил подвезти, — он усмехнулся в лицо побледневшей сучки. — Я не стану подавать на тебя в суд. Ты просто исчезнешь. Устал быть добреньким, на сегодня лимит исчерпан! — он цедил слова, с ненавистью взирая в лицо продажной сучки, готовой за деньги продать мать родную. — В «Мерсе» меня ждёт невеста. Говоришь на счёт три, или едешь дальше к ребятам, для которых не существует закона. Будут пользовать пока не сдохнешь, но перед этим расскажешь всё. Раз, два тр…

Он не успел договорить. Блондинка заверещала, глотая окончание слов:

— Не над!.. Я всё расскаж!..