Книга Враг отца. Замуж за долги, страница 42 – Галина Колоскова

— Может это знак? Не ту выбрал? Я видела, какими глазами она на тебя смотрит. Это не воровство, а попытка вклиниться в твою жизнь. Обратить на себя внимание.

Демид задрал по локоть рукава пальто невесты.

Сплошные бордовые кровоподтёки на запястьях и выше.

— Это сделал человек, которому тварь заплатила за изнасилование Арины, а сама хладнокровно снимала происходящее на камеру телефона, — широкие брови сошлись в одну линию. Голос стал тихим, глаза колючими: — Успела меня шантажировать. Возможно, видео слито кому-то из жёлтой прессы и мне придётся с ними разбираться.

— С чего ты взял, что это она?

— Если ты и сейчас станешь защищать сволочь, способную наслаждаться издевательствами над подругой… — Он втянул воздух сквозь зубы. — Посягнувшую на моё!.. — Грозное шипение на фоне замершего в тишине дома: —Можешь забыть, что у тебя есть сын.

— Но та…

Алевтина замолчала на полуслове. Тяжёлый вздох и признание условий сына шёпотом, подчинив гордость разуму:

— Я поняла…

Она развернулась и поплелась назад к лестнице шаркающими шагами, словно хрустнул стержень внутри. Арина с сожалением смотрела в спину властной женщины. Меньше всего хотелось быть причиной ссоры самых близких людей. Она качнулась следом с желанием поддержать, но была остановлена тихим голосом на ухо:

— Не нужно сейчас. Не простит, что видели её такой… — А через паузу добавил, касаясь губами маленького ушка: — Спасибо!

Мурашки пробежали по позвоночнику.

Арина не знала, стоит ли отвечать или тоже обидит? Оба с матерью слишком гордые. Она промолчала.

Паратов потащил за собой. В столовой ждала женщина в форменной одежде горничной, не знающая убирать со стола или нет. Он скинул пальто с себя и помог Арине, передав их в руки прислуги.

— Светлана, принеси нам горячее. Арине кашу и омлет, мне омлет и горячий кофе.

— Я не хочу! Завтракать при диком желании завалиться в постель хоть на час?

— Ешь! Может спать совсем не придётся, — он намазывал на тост тонким слоем масло. Бросил сверху ломтик сыра и хороший кусок ветчины. — А силы нужны! — Сказал, уже прожевав пол бутерброда.

Она замерла, гадая под «не придётся спать», что имеется в виду? Зол за Давыдова и … Сердце сжалось. Становиться женщиной сразу после изнасилования? Она не выдержит.

Демид видел, что творится с невестой по красноречивым эмоциям на уставшем лице.

Скривлённые на бок губы и небрежное:

— Ты меня монстром считаешь? Правильно делаешь! Но не в этом случае.

Он усмехался, а хотелось услышать что-нибудь тёплое, нежное. Чуть ли не слов любви ожидала после яростной отповеди матери.

Чудовище никак не хотело добреть.

Арина наоборот боролась с желанием подойти, потереться лицом о ладонь. Голову на плечо положить. Почувствовать тепло высказанной словами поддержки. Ей, романтичной натуре, не хватало этого. Душа ныла.

Оказаться бы сейчас во времени «до». Искупаться в отцовской любви. И самой укутать заботой и обожанием маму.

Паратов добивал статичностью:

— Не переживай за девственность. Могут приехать родители гадёнышей раньше назначенного времени… — Сурово нахмурился: — Не бойся! Не трону!

И не понять: сожалеет или обрадован, что не нужно возиться с дочкой врага? Никакого намёка на движение в направлении светлого будущего.

Арина с обречённым видом доковыривала омлет под пристальным взглядом Демида.