Книга Развод. Уходи красиво, страница 97 – Галина Колоскова

— Не увиливай от ответа. Алина?

Поля кивнула:

— Сволочь пришла к маме под видом меня.

До сих пор колотило при мысли, что мама могла быть одна.

— Не сомневался, что однажды она это сделает. Не всё забрала. Но драться зачем? Приказала охранникам и …

Слушать, как тебя отчитывают, словно девочку неприятно. Пришлось огрызаться:

— Сам говорил, что со мной каждый день как на войне. Тогда чему удивляешься?

Чёрные глаза полыхали огнём. Рельефные губы скривились в усмешке.

— Ведём себя, словно подростки.

Рыжая грива волос колыхнулась из стороны в сторону.

— Кто заставляет? — голос стал жёстким. — Повзрослей, наконец, и прекрати меня провоцировать. Всегда можно найти способ поговорить без свидетелей.

Адеев пожирал её взглядом. Что может быть прекраснее женщины в гневе? Все чувства обострены. В глазах яростный блеск. Полные губы дрожали. Страсть в каждом слове, жесте. Даже запах становился другим. Клубника с Кайенским перцем. Желание прикоснуться заставило намотать медный локон на палец. Он поцеловал мягкий шёлк. Оправдываться не привык, но ради рыжей лисицы готов делать это хоть каждый день.

— Больше не стану. В кабинете была сценаристка. Пришлось кое-что переписать. Поэтому просил меня подождать.

Серые глаза открыто смотрели в ставшие мягкими чёрные. Чего хорохорилась? С каким удовольствием превратилась бы в девочку, играющую не в хозяйку холдинга, а в песочнице. Она прижалась щекой к мощной груди. Ладони ушли под пиджак. Её очередь извиняться.

— Поставь себя на моё место. Муж открыто изменяет тебе с твоей копией после двадцати с лишним лет счастливой совместной жизни. Тут ко всем ревновать начнёшь.

Возглас Марселя:

— Боже, упаси меня от такого мужа! — вызвал смех, постепенно переходящий в истерический, с причитаниями:

— Я нашла альбом. Невыносимо хочу вымыть тело, а потом вместе найдём, почему Феофанов решил убить детей друга. Не будь меня в доме мамы, оставил бы он её живой?

Адеев крепко сжимал руками вздрагивающую фигурку.

— Всё будет хорошо, обещаю! Всё обязательно будет хорошо.

Руки под пиджаком обхватили твёрдую талию.

— Знаю. Илья видел Ингу. Прислал её фотографию. Она живая. Мы все живые, а ему скоро будет крышка! Такие твари не должны жить.

Большие ладони гладили по спине

— Иуды всегда плохо заканчивают.

— Алина тоже Иуда. Это не ненависть брошенной женщины. Во мне говорит разъярённая мать, сестра, дочь. Уверена, она знает, что Инга жива и даже не пытается её спасти. Прикрывает детской обидой желание нажиться на моей ситуации! — Полина вскинула голову. В глазах не ярость, а душераздирающее отчаяние. — Она непременно за всё ответит!

— Обязательно!

Полина достала из сумки альбом.

— Тут отгадка! Просмотри каждую фотографию. Откладывай в сторону те, что будут подписаны.

Горничная успела приготовить для Татьяны Кировны комнату рядом со спальней дочери, помогла устроиться.

— А где мои внуки? — выцветшие глаза осматривали просторную комнату, словно дети могли где-то прятаться.

— Денис Станиславович скоро приедет. Яна Станиславовна живёт в своей квартире.

— В своей квартире? — она стыдливо улыбнулась, не желая напоминать о болезни. — Я забыла совсем. А Дениска по-прежнему живёт с мамой?

— Обычно тоже в своей квартире, но сейчас у семьи непростые времена.