Книга Бесспорно, твое сердце будет моим, страница 94 – Яна Ланская

тебе.

— Я сказала Соне, чтобы она ей передала, ещё один выпад в мою сторону, и я эту сгущёнку в

лес вывезу. Ты реально ей сказал, что тебе было дрочить приятнее, чем трахать её?

— Сказал.

— М-м-м, — разочарованно мычит Маша, — мне казалось, что тебе нравится дрочить на меня.

— Иди сюда, — притягиваю её к себе и целую. Жадно впиваюсь в её губы и чувствую, как

одновременно сгораю от желания и восстанавливаюсь. Маша буквально зализывает мои раны,

выжигает Гелин яд. Я отчаянно всасываю её пухлую нижнюю губу и рычу, как её книжные мужики,

от удовольствия. Она зарывается в мои волосы и так отчаянно их сжимает, что чувствую лёгкую

приятную боль. Мы дышим друг другом, и в этом поцелуе весь этот дерьмовый день сгорает до

тла, оставляя только жгучее желание. Мы целуемся, пока не начинаем задыхаться, а когда

отрываемся, явно ощущаю, как оба трясёмся. — Поехали, а то я не сдержусь и трахну тебя прямо

здесь, на глазах у дворников.

Она смеётся, громко и счастливо, и отстраняется, распрямляя складки на своей

охуенно-сексуальной юбке. Я выезжаю со двора и открываю окно, впуская свежий воздух.

— А мы можем в Капитолий заехать? Мне надо заказ из книжного забрать.

— Любая твоя просьба, Мэри, — киваю, перестраиваясь.

Пока едем в торговый центр, вижу краем глаза, как она увлечённо печатает в телефоне.

Улыбается, посмеивается. С кем? Друзей у неё нет в Москве, сама сказала. С парнем? Теперь я

понимаю Стаса. Или это всё Гелины проделки? Пытаюсь не циклиться, но всё равно коробит.

На светофоре тянусь к ней поправить растрепавшиеся волосы, и Маша дёргается, будто её током

шибануло. Лихорадочно блокирует телефон и кладёт экраном вниз себе под бедро. Слишком

нервно. Будто и правда что-то скрывает.

Внутри что-то расползается. Неуверенность, подсаженная Гелей, опять начинает увеличиваться

в размерах. Я отвожу руку, делаю вид, что поправляю зеркало, отвлекаю себя. Не даю паранойе

разгореться, но получается плохо.

Подъезжаем к ТЦ, спускаемся на подземную парковку, и я выбираю место в дальнем углу.

— Жаль, у тебя машина тесная, — вздыхает Маша с наигранным сожалением, — хотела бы я с

тобой прямо здесь заняться сексом.

У меня мгновенно плавится мозг, а вся кровь устремляется вниз.

— Достаточно тут места, — хрипло возражаю. Второй раз уже сдержаться не смогу. Весь день

меня изводит.

— Видимо, мне всё-таки придётся согласиться на покупку машины, — задумчиво говорит и игриво

ведёт своей рукой по моей ноге от колена выше. — Там места побольше.

— Какую тебе выбрали? — Спрашиваю, пытаясь хоть как-то удержаться на плаву и не кончить

прямо здесь.

— Audi Q3. Папа только Audi признаёт.

— Мини Урус. Норм. Люблю ауди.

— Мне тоже понравилась, но я не хочу быть обязанной отцу. Я и так ему должна…

— Ты отцу должна? — Настораживаюсь.

— Да. За учёбу в Калифорнийском. Двадцать пять миллионов. Пять уже отдала, но папа

чокнутый. У меня жёсткий договор, там и система штрафов и проценты. За любой промах — откат.

Все эти занятия в зале, диета, шаги, тоже учитываются.

Видно, что Маше даётся этот разговор тяжело, но она решилась мне открыться, и я это ценю.

Она доверяет мне. Это круто. Но одновременно где-то внутри, на подкорке возникает Геля, и её

слова звучат змеиным шипением: «Она использует тебя! Ей нужен только контент».